«Просто пообещай Кате, что посидишь с мамой!» – умоляет подруга сестры

— Ксюш, мама совсем плохая. Все забывает, переспрашивает, ключи второй раз за месяц потеряла. В среду чуть пожар не случился, включила плиту и ушла в магазин. Трехлитровая кастрюля с супом выкипела напрочь! Истории какие-то рассказывает, которых не было и быть не могло. Она меня пугает, Ксюш. А тут еще поездка эта моя, будь она неладна… Я не могу маму оставить сейчас. Я, наверно, сдам билеты, хоть они и невозвратные… — голос сестры Кати в телефоне звучал испуганно, как у ребёнка.

Ксения помолчала, глядя в окно кухни на мокрый двор. Май, а холодно, дождь моросит третий день. На столе остывал чай, сын в комнате делал уроки. Обычный вечер.

— Катя, — спокойно сказала она, — Не паникуй, я тебя прошу. Ничего с мамой за неделю твоего отсутствия не случится. Ну, еще одни ключи потеряются, суп выкипит. И что? Ничего страшного. Тем более, папа с ней остается…

— Папа, между прочим, тоже нездоров. Всю неделю у него давление зашкаливает, а он еще на работу ходит, больничный брать отказался наотрез. Ох, Ксюша. Чувствую, не ко времени я собралась на море…

…Ксения часто слышала жалобы старших сестер в семьях, что их меньше любят родители, обычно в приоритете младшие. И никогда не понимала таких жалоб. Потому что Ксения как раз старшая сестра. И ей всегда жалко было младшую, Катю, которой родители в попу дули. Ксения росла сама по себе: дружила, гуляла, влюблялась, выбрала себе профессию. Замуж вышла, ребенка родила. Сейчас ее сын уже подросток, седьмой класс заканчивает.

А Катю в детстве опекали, не давали ветерку на нее дунуть, везде за руку водили. Так до сих пор и считают ее ребенком, хотя ей уже тридцать восемь.

Катя по-прежнему живет с мамой и папой. Замужем не была, детей нет. Вместо детей нянчит родителей. У мамы куча серьезных болячек, диабет, она давно не работает. Отец еще подрабатывает, хоть и сам по врачам ходит. Есть дача в тьмутаракани, старая, с грядками. И Катя между ними мечется, как медсестра на дежурстве: то на даче помочь, то к врачу записать, то давление измерить и вызвать скорую.

Ни один кавалер рядом с Катей не задержался. Два раза она уходила жить к мужчинам — через месяц возвращалась. От одного даже аборт сделала.

«Куда мне сейчас ребёнка? У меня родители на руках. Я не вывезу».

Ксения тогда даже не знала, что сказать.

И вот впервые за всю жизнь Катя собралась на море, вдвоем с подругой, на неделю: та ее буквально вытащила. Помогла купить билеты, выбрала тур, купили чемодан. Катя никогда не летала во взрослой жизни. Никогда сама никуда не ездила, разве что в детстве с родителями. Все последние годы у нее были только работа — дом — дача — аптека.

Сказала родителям о предстоящем путешествии, и тут началось.

Мама внезапно «стала забываться». То не может включить миксер, которым пользуется активно уже десять лет – забыла, где у него кнопка. То путает даты, чего никогда не было. То говорит, что ей плохо, кружится голова, «что-то со мной не то».

Ксении почему-то сразу показалось, что мама симулирует. В последнее время много вокруг говорят о деменции, это да. И случиться она может с каждым, чуть ли не в любом возрасте… Но вот незадача: явные симптомы у мамы начались только тогда, когда Катя засобиралась в отпуск.

Катя в панике. Потащила мать к врачам, сдали анализы, сделали МРТ. Ничего не нашли. Всё в пределах возраста и её диабета. Назначили лекарства — мама выпила одну таблетку и сказала, что больше принимать этот препарат не будет, ее от него тошнит.

Катя рыдает.

— Маме плохо, а я думаю о каком-то море! Я ненормальная!

Ксения слушала это уже третью неделю, время от времени пыталась вразумить сестру: мол, не вздумай отказываться от отпуска. Но сегодня сестра придумала что-то новенькое.

— Ксюша, если ты считаешь, что мне можно поехать, помоги! Посиди с мамой. Ну пожалуйста! Всего неделю. Переедь к родителям. Ну что ты молчишь? Она и твоя мама тоже! Я первый раз в жизни тебя прошу! Ты никогда не сидела с ними! Ты всегда ездила отдыхать, делала что хотела, за границу моталась, а я всю жизнь прикована к родителям! Имей совесть!

Ксения даже не сразу ответила.

— Нет, Катя. Я в эти игры не играю! – наконец сказала она.

— Конечно. Тебе хорошо. Ты живёшь своей жизнью! – со злостью и обидой в голосе сказала сестра.

Через час Ксении позвонила Катина подруга. Та самая, с которой они собирались лететь на море.

— Ксения, я очень прошу. Просто пообещай ей, что посидишь с мамой. Чтобы она не сдала билеты. Мы улетим — ей будет сложнее всё отменить. Ну помоги!

Ксения слушала и чувствовала, как внутри поднимается раздражение. Почему все вокруг считают нормальным втягивать её в этот бесконечный спектакль?

Мама не лежачая. Не беспомощная. Она ходит, готовит, смотрит телевизор, ругается с отцом, сама не пьёт назначенные лекарства и прекрасно понимает, что делает. Она просто не хочет отпускать Катю. А Катя не хочет это признать.

— Я не буду ничего обещать, — сказала Ксения. — Потому что если я скажу «да», она опять устроит цирк, и крайняя буду я.

Вечером Катя написала длинное сообщение. Что она всю жизнь одна тянет родителей. Что у неё не сложилась личная жизнь из-за этого. Что Ксения всегда жила для себя. Что так нечестно.

Ксения прочитала и отложила телефон.

Внутри было тяжело. И жалко Катю. Сестре действительно нужен этот отпуск. И злость брала. Потому что Катю никто не приковывал. Она сама себе придумала обузу и не выходит из этой роли спасательницы. А теперь хочет, чтобы Ксения делала то же самое.

А Ксения не хочет. У неё своя семья. Свой ребёнок, хоть уже и подросток. Свои выходные. Может быть, она неправа? И Ксения должна помочь? Или это тот самый момент, когда надо один раз отказать — чтобы больше никогда не лезли?

А вы бы на месте Ксении согласились «посидеть с мамой», чтобы отпустить сестру на море?

Комментарии (13)

Старые первыми

Новые первыми

По

Постосукос

около 1 месяца назад
#177723