«Тебе родители помогли, пусть теперь мне помогут!» – требует сестра

— Ирочка, ну а выход-то какой у нас? – тяжело вздохнула мама. – Если можешь, предложи другой вариант. Мы с отцом просто иного пути не видим, как только нашу квартиру разменять. Тебе в свое время мы помогли, тогда еще работали, имели возможность. А Поля с семьей у нас без жилья. С нового года им опять хозяйка оплату за аренду повысила… Платить такие деньги за этот скворечник глупо, я считаю. Пусть лучше уж берут ипотеку и платят за свое…

Ирина крутила в пальцах чайную ложку и чувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Мам, пап! — сказала она. — Знаете, что? Мне совсем не нравится эта идея. Я – против!

Родители переглянулись. Отец кашлянул, мама поправила салфетку под тарелкой. Они сидели вчетвером на маленькой родительской кухне, в той самой двушке, в которой прошло все детство сестер Ирины и Полины. Под окнами располагался детский сад, в который они обе ходили, на соседней улице, за домами – школа, которую обе закончили. Отсюда они обе стартовали во взрослую жизнь, сюда потом приезжали в гости с внуками. Обычная стандартная двушка в панельном доме, 50 квадратов, кухня шесть, балкон застеклён ещё в девяностые.

Родительский дом, начало начал.

Ирина с мужем в свое время, десять лет назад, взяли ипотеку, которую уже выплатили. Цены тогда на недвижимость были ощутимо меньше. Да, с помощью родителей. Мама с папой дали им полтора миллиона в качестве свадебного подарка, свекровь тоже наскребла около миллиона. Родители тогда были моложе, оба работали, зарплаты были более-менее, здоровье позволяло. Ирина с мужем добавили свои накопления, ипотека была вполне посильной. Муж у Ирины стабильный, инженер, без работы никогда в жизни не сидел, все эти годы растет в карьере. Выплатили ипотеку без особых проблем, живут в своей двушке.

Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!

Но у родителей сейчас совсем другая ситуация, не то что десять лет назад. Папа на пенсии, сильно болеет, много денег уходит на лечение. Мама пока работает, но вот-вот ей тоже придется уйти. Пенсия будет московская — это хоть какая-то поддержка. Льготы. И медицина в Москве неплохая.

А если они продадут квартиру, студию смогут купить скорее всего только где-нибудь в области. Там и прописка будет уже областная. Соответственно, с льготами и выплатами придется проститься.

— Ну а что делать? – разводят руками родители. – В области тоже люди живут. К тому же у нас не одна пенсия будет, а две. Уже проще. Не пропадем… Ирочка, тебе мы помогли, сейчас должны Поле помочь…

Полина с мужем и четырёхлетним сыном снимают однушку в Люберцах. Тесно, дорого. Полина работает администратором в частной клинике, получает не так уж много. Муж её, Слава, сменил уже кучу мест работы. То «кинули с зарплатой», то «начальник самодур». Больше полугода он нигде не задерживался.

Ирина этого Славу терпеть не могла. Улыбчивый, разговорчивый, но какой-то скользкий. Обещает много, делает мало.

— Ир, тебе же действительно помогли с жильем, — подняла голову молчавшая до сих пор Полина. — Родители дали тебе деньги на первый взнос. Почему мне нельзя помочь-то?

Ирина выдохнула.

— Полин, ты вообще считала примерный расклад? — ответила она. — Твоя зарплата будет полностью уходить в ежемесячный платеж. Это еще хорошо, если она его покроет… А на что жить будете?

— На Славину зарплату, конечно же! — резко ответила сестра. — Он сейчас в нормальную фирму устроился.

Ирина только усмехнулась.

«Сейчас». Сколько раз уже было это «сейчас»? Родители молчали. Мама наконец сказала тихо:

— Мы тут с папой смотрели варианты уже. На наши деньги вполне реально купить студию в новом доме. Можно и подальше где-нибудь, а что? На работу же уже не ездить каждый день. Нам много не надо.

Ирина почувствовала, как у неё похолодели ладони.

— Вам много не надо? — переспросила она. — Мам, ты была в этих студиях? Видела их вживую? Будете там сидеть нос к носу на двадцати пяти квадратах где-нибудь на пятнадцатом этаже. Ни поликлиники нормальной рядом, ни врачей. Если лифт сломается, из дома не выйти. Куда вы вещи свои денете? И главное — если у Полины что-то пойдёт не так?

Полина вспыхнула.

— Ты просто завидуешь! Тебе помогли, а мне нет! Ты вообще не имеешь права сейчас что-то говорить против. Молчала бы лучше!

— Мне помогли, не ухудшив свою жизнь! — Ирина повысила голос. — Тогда родители были моложе, работали оба! Сейчас ты хочешь их в нищету загнать!

— Да никто никого в нищету не загоняет. Мы всё рассчитаем, купим родителям нормальное жилье. Ипотека — это нормально. Все так живут. Славка тоже говорит – ну, затянем пояса, проживем как-нибудь. Зато свое жилье будет…

Ирина посмотрела на нее в упор.

— Ааах, ну если твой Славка говорит – то это точно так и есть! – с сарказмом сказала она. – Он же у тебя стратег. Только вот пока бесштанный!

В комнате повисла тишина.

— Ирочка, не надо так… — тихо сказала мама.

Ирина вдруг почувствовала себя злой и жёсткой. Но остановиться уже не могла.

— Вы правда готовы продать свою двушку ради авантюры? — обратилась она к родителям. — А если они разведутся? А если Слава опять уволится? Ипотеку они не вытянут, жилье потеряют, Поля с ребенком придет к вам в студию… Как вам такой расклад?

Полина вскочила.

— Всё, понятно. Ты просто не хочешь, чтобы мне было так же хорошо, как тебе!

— Я хочу, чтобы родители не остались без ничего! — крикнула Ирина.

Отец тяжело поднялся из-за стола.

— Хватит. Мы сами решим. Мы обеих вас любим. Ирине помогли — и Полине хотим помочь.

Слова были спокойные, но в них чувствовалась усталость.

В тот вечер Ирина уехала домой с комом в горле. В машине долго сидела, не заводя двигатель. Все думала про состоявшийся на родительской кухне разговор.

«Студия… В области…»

Через неделю мама позвонила и сказала, что они уже смотрят варианты. «Нам правда много не надо. Знаешь, Ирочка, Поля так радуется! У нее, кажется, крылья выросли…».

Ирина в последнее время часто думает: может, она действительно влезла зря? Родители взрослые, сами решают. Может, Полина вытянет? Хотя надежды на это, честно говоря, немного.

Как считаете, имеет ли Ирина право быть против помощи сестре, когда сама-то получила помощь?

Кто здесь неправ? Сестра, которая просит равной помощи? Или родители, готовые жертвовать ради младшей?

Что скажете?