«Я быстро, Вика. Там у Нины Семёновны опять что-то случилось!» – на бегу сообщает муж

— Ты опять к ней едешь? Прямо сейчас? У нас же гости вечером!

Виктория выглянула из комнаты в коридор, где ее муж Олег уже надевал ботинки.

— Вика, да я успею до гостей вернуться.

— Да что ты говоришь! А помочь мне убраться, приготовить салаты, на стол накрыть совсем не нужно? А в магазин сходить?

— Ну сходи сама, Вика, а? Ты же видишь, я не специально. Там у Нины Семеновны опять что-то случилось, кран, что ли прорвало, то ли она соседей затопила, то ли они ее, я, честно говоря, ничего не понял. Она звонит, плачет, вода течет, кто-то там кричит на заднем плане. Надо съездить, разобраться. Постараюсь побыстрее освободиться…

Вика молча смотрела на него несколько секунд.

— Олег… А тебе не кажется, что давно пора тебе завязывать с этой благотворительностью?

Муж тяжело вздохнул.

История эта тянулась уже много лет. Ещё до Вики, в молодости, у Олега была девушка по имени Маша. Восемь лет они прожили вместе, но до ЗАГСа так и не дошли. Потом расстались, она уехала куда-то на Дальний Восток, там устроилась, живёт и работает. Кажется, и замуж вышла. А в Москве у неё осталась пожилая мама, одна в старой двушке.

Олег после расставания с Марией познакомился с Викой, двенадцать лет назад женился на ней. Сейчас у них двое детей, мальчики десяти и восьми лет. Живут хорошо, дружно, не ссорятся, сыновей растят, из Олега получился хороший вовлеченный отец, и муж неплохой.

А лет шесть назад Олегу неожиданно позвонила эта Маша с дальнего Востока, очень расстроенная – мол, сутки уже не могу дозвониться до мамы, трубку не берет, ума не приложу, что с ней. Позвонила соседке мамы, а та сказала, что давно переехала из этого дома. Не может ли Олег съездить, просто посмотреть, все ли там в порядке, а то Маша уже ночь не спала, так себя накрутила, что сил нет.

Конечно, Олег помочь согласился, мать своей бывшей девушки, Нину Семеновну, он знал хорошо. Выяснилось, что телефон пожилая женщина то ли потеряла, то ли забыла на даче. В итоге пошли в магазин, купили новый недорогой телефон, вставили симку. Позвонили дочери. Маша была счастлива и рассыпалась в благодарностях.

И вот с тех пор Мария и стала позванивать Олегу в случае очередного форс-мажора у мамы. Чаще всего в похожих ситуациях: не могла дозвониться, просила съездить и посмотреть, все ли в порядке. Случалось это поначалу нечасто. Олег не отказывался.

— Ну а что мне, сложно что ли? Полчаса времени. Человеку спокойнее. Надо помогать людям. Знаешь пословицу: делай добро и бросай его в воду? Может, потом и нам кто-нибудь поможет в трудный момент. Земля круглая…

Вике это все не особо нравилось, но она молчала. Скандалить из-за таких мелочей как-то глупо. Тогда это действительно были полчаса. Да и что в этом такого? Ну, съездил, проведал старушку. Отзвонился дочери, все. Забыли до следующего раза.

А потом звонки стали чаще.

У пожилой женщины начались проблемы одна за другой. То квитанции не те пришли, то тонометр, кажется, сломался, стал показывать совсем небольшое давление, которого у Нины Семеновны, гипертоника со стажем, отродясь не было. То лекарство нужно было найти редкое, то из больницы ее забрать. А однажды пожилая женщина просто потерялась на улице. В слезах позвонила дочери из совершенно противоположного района города – как она там оказалась? – и спросила, как ей добраться домой.

Мария опять позвонила Олегу, он съездил, вернул Нину Семеновну в ее квартиру. По дороге встретили соседку, которая отвела Олега за рукав в сторонку и сказала, что с бабушкой надо что-то делать, она давно уже чудит, и жить одна не может. Пусть, мол, дочь приезжает и решает что-то.

Вика после этого случая рвала и метала, устроила мужу скандал. Ну куда он лезет? У женщины есть дочь, вот пусть она ею и занимается…

Дочь действительно прилетела через пару недель, оценила масштаб бедствия, наняла сиделку, улетела обратно. А еще через полмесяца сиделка внезапно уволилась, и Мария опять звонила Олегу:

— Ну не назад же мне лететь! Меня и так с работы еле отпустили… Помоги, Олег, выручи, а! Я тебе пришлю кандидатку, посмотри, что за человек, договорись с ней…

И Олег снова помогал.

— Ну мне же несложно. Жалко старого человека. Она раньше классная была такая, позитивная, добрая. А какие пироги пекла…

А Вику с каждым таким выездом начинало трясти.

Ладно бы родственники. Ладно бы друзья. Но это — мама бывшей женщины, с которой он восемь лет жил.

— Слушай, а у неё вообще никого нет, кроме тебя? — как-то не выдержала Вика. — Твоя эта Маша вообще-то до тридцати лет в Москве прожила. И что, ни подруг, ни соседей, ни знакомых не осталось?

— Ну ты же понимаешь, она много лет живет уже в другом месте. Родственников нет у них, подруги, соседи разъехались тоже, у всех своя жизнь…

— Прекрасно. А у нас своей жизни нет, что ли?

— Ну перестань! — раздражался муж. — Люди просят о помощи. Я помогаю.

— Люди? Или твоя бывшая?

— Вика, ты совсем с ума сошла? Ерунду несешь…

И сегодня вот — снова звонок. В субботу. Когда вечером ожидаются гости, которых пригласил, между прочим, сам Олег

— Я быстро, — сказал он, избегая её взгляда. — Час, максимум два.

— В прошлый раз ты тоже на час уезжал, и на полдня пропал! — усмехнулась Вика.

Он на секунду замер, потом всё-таки вышел. Дверь закрылась.

Вика присела на кухне за стол. Внутри кипело нечто странное. Это была не ревность в привычном смысле. Она не думала, что муж мечтает вернуться к бывшей. Не в этом дело.

Её бесило другое. Ему проще сорваться по первому звонку чужого, по сути, человека, чем сказать: «Извини, у меня семья, ищи другие варианты». Проще с женой поссориться, чем один раз отказать той женщине и ее маме...

Вернулся Олег за полчаса до гостей, когда у Вики все уже было готово. Настроение только было ниже плинтуса. Хотелось плакать.

— Там кошмар вообще… – сообщил муж. – Нина Семеновна поставила сковородку в раковину, включила воду и пошла спать. У сиделки выходной сегодня. … Соседи скандальные, бабушка плачет… Еле уладил.

Вика слушала и чувствовала, как внутри всё сжимается.

— А ты не думал, — медленно сказала она, — что это вообще не твоя ответственность? Это не твоя мама. Не твоя родственница. Даже не подруга. Это мама женщины, с которой ты жил до меня.

— И что теперь? Бросить её? Пусть сама разбирается?

— Да! Пусть её дочь разбирается! — впервые сорвалась Вика. — Почему её проблемы решаешь ты, а не она?

Он посмотрел на неё так, как будто она сказала что-то жестокое.

— Потому что я могу помочь.

Вика даже на секунду растерялась. Он правда считал, что ведёт себя правильно. По-человечески. А Вика вдруг почувствовала себя мелочной, злой, ревнивой.

Может, она действительно зря злится? Ничего плохого муж не делает. Не изменяет, не врёт, не скрывает. Просто помогает пожилой женщине.

Глупо же ревновать к такой ситуации.

Или всё-таки нет?