«Я устала, всё на мне, муж не помогает…» — говорит сестра. И тут же добавляет: «А может, второго родить?..»

— …У нас тут соседка родила недавно второго, вчера ее встретила с коляской, такой классный малышик у нее… Спрашиваю, сильно сложно с двумя? Она: «Да нет, как ни странно, я думала, хуже будет! Дочка помогает…». Дочке ее старшей пять лет исполнилось, они такие счастливые идут с коляской… И я тут подумала… Может, и мне второго пора? Ну а что, пока не вылезла из декрета окончательно, а? Не забыла, что и как…

Ольга удивленно посмотрела на сестру. Буквально пару минут назад Ирина рассказывала ей, как ей непросто в декрете. Сын ее давно уже не спит днем, хотя ему нет и трех лет. Очень активный и подвижный малыш, Ирина целые дни в напряжении, не выпускает его из виду ни на минуту, не может расслабиться до самого вечера. К тому же и домашних дел никто не отменял. Нужно и есть приготовить, и постирать, и прибраться хоть немного.

Муж ее приходит домой в десять вечера и садится играть в компьютер. И на все просьбы о помощи заявляет, что ребенок и хозяйство – зона ответственности жены. А он, мол, деньги зарабатывает. И по вечерам ему нужно отдыхать.

— Может, это я неправа, как думаешь, Оль? Может, я слишком многого хочу, и мне действительно нужно от него отстать со своими просьбами? – спрашивала сестра.

— Ну как это – отстать? – вздыхала Ольга. – Это его ребенок. Пусть тоже занимается, хотя бы немного, но каждый день. Работа работой, но ведь мальчишка растет. Ему отец нужен…

Ирина только грустно качала головой – мол, так-то оно так, но как заставить?

А в последнее время вне всякой логики вдруг начала заводить тему: а может, второго ребенка родить? Ольга поначалу вообще подумала, что сестра шутит. Но, кажется, нет. Ирина размышляла на эту тему совершенно серьезно.

— Помнишь детство, Оль? Как мы с тобой росли вместе. Здорово было… Вот бы и у моих детей так…

Разница в возрасте у Ольги и Ирины три года. Да, они с детства были дружны. Сейчас живут в одном районе, ходят друг к другу запросто, без предупреждения. Ольга работает бухгалтером в небольшой фирме, Ира уже почти три года сидит в декрете. Племяннику скоро исполнится три, и декрет дается сестре непросто.

Квартира у Иры — евродвушка, не такая уж и просторная для трех человек. Сын вечно разбрасывает игрушки, прыгает, кричит, абсолютно неусидчивый, занять его чем-нибудь непросто. Ира крутится, как белка в колесе, и тем не менее порядка в квартире нет, везде разбросаны игрушки, на кресле кучей лежит белье, в раковине – посуда. Стоит навести порядок, через полчаса от него не остается и следа.

Ире тяжело, она часто жалуется сестре: что всё на ней, что она не помнит, когда последний раз спокойно пила чай, что муж «как квартирант»: пришёл, поел, лёг.

Иногда она его буквально со скандалом заставляет посидеть с ребёнком — дать ей возможность сбегать в магазин или просто выйти на двадцать минут одной. И каждый раз потом пересказывает Ольге, как он был недоволен и с каким трудом согласился.

— Он делает, но видно же, что из-под палки, — раздражённо говорила Ира. — Как будто я его заставляю с соседским ребенком сидеть… Я ему говорю – ты такой же родитель, обязанности надо делить пополам. А он – мол, вот когда будешь зарабатывать столько же, сколько я, тогда и поделим обязанности…

Ольга слушала, кивала, сочувствовала. До тех пор, пока сестра почти без перехода не заявляла, что хотела бы родить второго ребенка.

— Подожди… — осторожно сказала Ольга. — Ты же сама говоришь, что тебе тяжело.

— Ну и что? — Ира пожала плечами. — Все рожают. Никому легко не бывает, особенно, пока дети маленькие… Я с мужем говорила на эту тему, он не против. Хочешь, говорит, давай родим…

Ольга почувствовала, как внутри начинает расти какое-то странное раздражение. Не злость даже — непонимание.

— Ир, а ты не видишь тут… противоречия? — спросила она.

Сестра посмотрела на неё с искренним удивлением.

— В чём?

— Ты устала. Ты злишься на мужа, что он не помогает. Ты говоришь, что всё на тебе. Тебе некогда в душ сходить, что такое маникюр, ты уже забыла. Сын сложный, ему нужно кучу внимания уделять, помогать никто не хочет… А теперь ты говоришь, что хочешь ещё ребёнка.

Ира нахмурилась.

— Ну ты как будто думаешь, что я не справлюсь.

— Я думаю, что ты и с одним сейчас на пределе.

Ира поджала губы.

— Знаешь, Оль, иногда лучше просто поддержать, а не умничать.

Ольга почувствовала, как её будто щёлкнули по носу. Она ведь не хотела обидеть. Она правда пыталась понять.

— Я не умничаю. Я за тебя переживаю.

— А я не просила переживать.

Голос у Иры стал жёстким, чужим.

— Ты в декрете не сидела. Ты не понимаешь. Да, это сложно. И далеко не все в восторге. Точнее, я мало видела таких, кто искренне радуется, сидя в четырех стенах с маленьким ребенком…

Ольга смотрела на сестру и вдруг отчётливо увидела, как та живёт в каком-то своём объяснении происходящего. Где она устала, да. Где муж плохой помощник, да. Но при этом второй ребёнок — как будто отдельная картинка, никак не связанная с первой.

— А ты уверена, что с двумя тебе станет легче? — спросила Ольга, уже не сдерживаясь.

Ира вспыхнула.

— Да при чём тут легче?! Это дети! Их рожают не для того, чтобы было легче!

Она встала, резко взяла кружку, поставила в раковину так, что звякнуло.

— Просто тебе не понять. Ты всегда была рациональная. У тебя всё по полочкам.

Ольга вдруг почувствовала, что разговор ушёл совсем не туда. Что речь уже не о втором ребёнке, а о том, что Ира защищает что-то своё, внутреннее, даже от неё.

— Я не против детей, Ир. Я просто не хочу, чтобы ты потом снова звонила и плакала, что тебе невыносимо.

Ира повернулась к ней. Глаза блестели.

— А может, я всё равно хочу. Даже если тяжело. Может, я не хочу жить по плану, как ты. Всего не просчитаешь.

В этой фразе было столько обиды, что Ольга замолчала. Она поняла, что сестра слышит не её слова, а что-то своё — как будто Ольга осуждает её жизнь целиком.

Ольга ушла домой и весь вечер думала. Может, правда, она лезет не в своё дело? Может, для Иры второй ребёнок — это не про «лёгкость», а про ощущение семьи, полноты, какой-то правильной картинки жизни? А она пытается приложить к этому логику, как к таблице в отчёте.

Но тогда почему Ира каждый раз так устало жалуется?

Ольга не понимала, как с ней говорить дальше. Поддерживать — или молчать? Говорить честно — ну и пусть обижается, может, включит логику?

И стоит ли вообще объяснять человеку то, чего он сам не хочет видеть?