«Я уже не понимаю, чего хочу больше — любви или нормальной жизни...» – жалуется Вера подруге

— Ларис, ты мне только одно скажи: это я зажралась и офигела? Или это действительно проблема? Вот лично ты как считаешь? — Вера нервно размешивала ложечкой свой капучино.

Лариса внимательно посмотрела на подругу.

Они сидели в небольшом кафе возле торгового центра. Народу в этот ранний час было совсем мало, официантка протирала соседние столики, а Вера выглядела так, будто не спала полночи.

— Что опять случилось?

— Да ничего особенного. Вчера я спросила у Генки, когда у него будет отпуск, думала, может, в этот раз состыкуем и хоть куда-нибудь съездим. А он мне ответил, что отпуска не будет. Он возьмет деньгами, у них так можно…

— Ну, слушай, Вер, это и так было понятно. На нем кредиты висят, он пытается скорее расплатиться, какие поездки…

— Да просто я уже устала так жить! – Вера отложила ложку и отодвинула чашку. – Понимаешь, цветов он мне не дарит просто так, только вот на Восьмое марта был небольшой букет тюльпанов. На Новый год сказал – давай без подарков. Все выходные мы или у него, или у меня, выход куда-то в кафе – целое событие. И все потому, что денег нет.

Лариса пожала плечами.

— Ну если их действительно нет...

— Вот именно! Их действительно нет. И меня уже это достало, если честно….

Они дружили почти десять лет. Лариса хорошо знала Веру и прекрасно помнила, как тяжело той давалась личная жизнь. Казалось бы, красивая женщина, стройная, ухоженная, с хорошей работой и собственной квартирой. Молодая, всего-то тридцать три года, без детей и проблем. Но почему-то мужчины рядом надолго не задерживались.

Романы у Веры были, и ухажеры тоже случались. Но как только разговор заходил о более-менее серьезных отношениях, все куда-то исчезали. Говорили, что хотят пожить для себя, предлагали не париться и просто встречаться, а о семье и тем более о детях даже заикнуться не давали.

После очередного расставания Вера обычно делала вид, что ей все равно. Но Лариса знала: на самом деле подруга переживает. Тридцать три года — это еще не старость. Но ведь уже и не двадцать. Хотелось в этом возрасте чего-то настоящего.

Поэтому, когда в ее жизни появился Геннадий, Лариса искренне обрадовалась.

Он был не самым эффектным мужчиной. Невысокий, спокойный, немного застенчивый. Зато серьезный. С самого начала говорил о семье. Хотел ребенка. Не играл в загадочность, не пропадал неделями, не рассказывал про свободу и личные границы. С Верой обращался бережно и уважительно.

Но довольно быстро выяснилось, что и у этого бриллианта есть изъян. Финансовая ситуация у него непростая. Геннадий разведен, после развода бывшая жена с ребенком уехали в Сибирь к родителям. Общая квартира в Москве осталась ему, но нужно было выплатить жене ее половину. Геннадий взял кредит. Кроме того, до этого на нем висел кредит за ремонт той самой квартиры. А также добавлялись алименты на двенадцатилетнего сына, которые еще платить и платить.

В результате значительная часть зарплаты уходила на сторону сразу после того, как деньги попадали на карту.

— Это временно, — объясняла Вера в начале отношений. — Осталось ему в таком режиме жить года три-четыре. Потом постепенно закроет кредиты, станет легче.

Тогда ей самой казалось, что любовь важнее. Но постепенно бытовые мелочи начали накапливаться.

Геннадий знал цены почти на все продукты в ближайших магазинах. До копейки. Покупал только там, где дешевле, мог объехать по три магазина за раз, выискивая акции. Всегда сравнивал стоимость:

— Давай зайдем, здесь яйца на восемь рублей дешевле, чем в нашем магазине, — говорил он совершенно серьезно.

И сам выбор продуктов оставлял желать: Геннадий брал только самые бюджетные марки, не особо обращая внимания на качество: сыр и сыр, зачем переплачивать. Между тем, разница, конечно, была, и очень чувствительная.

Вера жила своей прежней жизнью: могла купить себе понравившиеся туфли за двадцать тысяч рублей, приличную сумму оставить в салоне, потратиться на хорошую косметику. Она стала ловить себя на том, что не озвучивает Геннадию цифр, чтобы не увидеть шок в его глазах и не вызвать вопросы: зачем так дорого, мол, все это можно найти гораздо дешевле…

Он не был жадным, никогда не устраивал сцен. Просто денег действительно не хватало. Лариса слушала подругу, и иногда ей даже становилось жалко ее Генку. Человек честно выполнял свои обязательства перед бывшей семьей и расплачивался за это собственным комфортом.

Но жить рядом с таким человеком оказалось непросто.

И вот теперь этот разговор про отпуск. Вера очень хотела поехать летом на море, она весь год работала и заслужила отдых. В принципе, она могла бы оплатить билеты и Геннадию. Но тот отказался.

— Я не поеду, — сразу ответил Геннадий. – Лучше поработаю лишние две недели и возьму компенсацию.

— Ген, но отдыхать тоже надо. Давай выберем что-нибудь не очень дорогое, ну хоть на недельку!

— Нет, Вера. Извини. Даже недорогое я не потяну, а садиться к тебе на шею не очень хочется.

— Тогда я поеду одна.

— Поезжай.

Он сказал это спокойно. Без обиды. Без претензий. Но почему-то именно тогда Вере стало особенно грустно.

Потом разговор о будущем ребенке.

— А как мы будем жить, если я уйду в декрет? — спросила Вера.

Геннадий задумался.

— Не знаю, Вер. Давай не будем загадывать так далеко. Я надеюсь, к тому времени мы что-нибудь придумаем…

Нет, он не строил воздушных замков и не обещал золотых гор. Говорил честно, что денег пока нет. А Вера прекрасно понимала, что ей уже тридцать три. И если рожать, то откладывать уже, наверно, не стоит. А все вот эти «потом посмотрим» и «что-нибудь придумаем» - плохой вариант. Когда он собрался думать – когда у Веры живот появится? И что он может придумать о том, как будет тянуть семью, когда он сейчас и себя-то еле тянет?

— Ну и зачем ты с этим Геной время теряешь? – спрашивала Веру мать. – Тебе тридцать три года, а не восемнадцать. Некогда ждать, когда он встанет на ноги. Ты должна трезво смотреть на вещи.

— Он хороший человек.

Мать поставила чашку на стол и покачала головой.

— Ты столько лет ждала мужчину. Всегда говорила, что лучше жить одной, чем с кем попало. Что с мужчиной должно быть лучше, чем без него. И что в итоге? Дождалась человека, с которым уже сейчас считаешь копейки.

— Это временно.

— А если не временно? А если потом будут другие проблемы? Болезни? Ребенок? Ты всю жизнь будешь терпеть и ждать лучших времен?

Вера тогда ничего не ответила. Но слова матери застряли в голове. Через несколько дней она встретилась с Ларисой и попыталась спросить совета у нее.

— Вот так и живем, – со вздохом рассказывала подруге Вера. – Он зовет съехаться, но ехать в его экономию, где все по счету, я не хочу. К тому же меня немного коробит: он предлагает жить семьей или просто вместе решать его финансовые проблемы? Брать его на содержание и платить за все самой, пока еще не будучи даже женой, тоже как-то неправильно. А самое обидное в том, что я успела влюбиться… Только вот не понимаю уже, чего хочу больше. Любви или нормальной жизни.

Лариса задумалась.

Она и сама не знала правильного ответа.

С одной стороны, Геннадий не был бездельником, альфонсом или человеком, который сидит на шее у женщины. Наоборот, он честно работал и выполнял свои обязательства. С другой стороны, любовь любовью, а жить в постоянном режиме экономии готов далеко не каждый. Тем более когда рядом есть мужчины, у которых нет таких финансовых проблем.

Недавно Вера призналась, что все чаще думает о расставании. Не потому, что Геннадий плохой. А потому, что устала постоянно чувствовать ограничения.

Но каждый раз, когда она собирается поставить точку, думает: а вдруг такого надежного и порядочного человека она больше никогда не встретит?

Как считаете, стоит ли Вере продолжать отношения с мужчиной, у которого сейчас серьезные финансовые трудности, если в остальном он ее полностью устраивает? Может быть, нужно вложиться и помочь ему встать на ноги? Или это неправильно?

Что скажете?