— Неужели ты думаешь, что я просто так это забуду? И мы будем жить по-прежнему, как будто ничего не было? — спросила Дарья

Ее муж Евгений сидел напротив на кухне и виновато смотрел в стол. Дочка спала в комнате.

— Даш, ну я же извинился. Мы получили результат. Да, я идиот, зря все это затеял. Ну что мне теперь сделать, чтобы оправдаться в твоих глазах?

— Ты повел себя как… я даже не знаю, как кто!.

Евгений поднял глаза.

— А что мне было делать? Все вокруг говорили, что дочка на меня вообще не похожа. И на тебя не похожа тоже. Каждый, практически каждый спросил: «В кого это она у вас такая рыженькая?»

— Можно было не слушать «всех вокруг».

— Я и не слушал.

Дарья усмехнулась.

— Правда?

Они жили вместе пять лет, не расписываясь. Познакомились на свадьбе общих друзей, сначала просто встречались, потом Евгений практически перебрался к ней с вещами.

Жили они обычно. Оба работали, поэтому денег хватало. Особо не экономили: гуляли, путешествовали, буквально каждые выходные что-то затевали, чтобы не сидеть дома. Выставки, театры, короткие поездки по окрестным городам, гости, велопрогулки… А потом Дарья забеременела.

Никаких детей они не планировали, но когда Даша вынесла из ванной тест с двумя полосками, Евгений немного помолчал, почесал затылок, а потом сказал:

— Ну, значит, будем родителями.

Даша даже переспросила:

— И всё?

— А что ещё?.. Ах, ну да. Раз у нас теперь будет ребенок, надо зарегистрировать брак. Ты узнай там, как нам подать заявление…

Свадьбу сделали небольшую. Родители, сестра Евгения, несколько друзей, кафе недалеко от дома. Даша тогда заметила, что свекровь улыбается ей как-то натянуто, а сестра мужа почти весь вечер сидела с таким выражением лица, будто ее притащили на эту свадьбу насильно.

Но Даша не придала этому большого значения.

Евгений ведь был рядом. Он хотел этого ребенка, ездил с ней на обследования, а когда дочь родилась, несколько дней вообще не выпускал ее из рук.

Проблемы начались позже.

Девочка действительно получилась необычная. Рыжие волосы, серо-зеленые глаза, очень светлая кожа. Ни на Дашу, ни на Евгения она внешне особенно не походила.

Когда дочке исполнилось несколько месяцев, родственники стали это замечать.

— Ой, и на кого она у вас похожа? — спрашивала свекровь, разглядывая фотографии. – Нашего точно ничего нет.

Однажды сестра Евгения приехала к ним в гости, посмотрела на девочку и вдруг сказала:

— Просто необъяснимый феномен… Женька, а у твоей жены не было рыжих знакомых?

— Что ты хочешь этим сказать? – вскинулась Даша.

— Да ничего. Просто странно всё.

— Как это ничего? Ты сейчас прямым текстом говоришь, что я ребенка нагуляла?

Сестра пожала плечами.

— Я просто пошутила. Что, уже и слова сказать нельзя. А вот то, что ты так бурно реагируешь на простую шутку, выглядит не очень.

После ее ухода Евгений долго молчал. Даша ждала, что он скажет что-нибудь в ее защиту, но муж только убирал со стола тарелки.

— Жень?

— Ну а что?

— Ты тоже так думаешь?

— Нет, конечно. Слушай… А у тебя в семье точно ни у кого таких волос не было?

— Не знаю, Жень. Я не помню у известных мне родственников.

— Ясно.

— Если ты сомневаешься, давай сделаем тест.

— Не надо. Я же сказал, что не думаю ничего такого.

— Тогда не шути. И родственникам своим скажи, чтобы раз и навсегда закрыли эту тему

Евгений обижался.

— Даша, ты действительно как-то остро это воспринимаешь.

Она старалась не раздувать скандал. В конце концов, он действительно не говорил ей прямо, что сомневается в ее верности. Более того, с дочкой Евгений был ласковым отцом. Купал ее, кормил, укладывал спать, по выходным мог уйти с ней гулять, чтобы Даша спокойно убралась или просто полежала с телефоном на диване.

Но после каждой такой шутки внутри у Даши что-то оставалось.

Однажды вечером они складывали игрушки после купания. Дочка сидела на ковре и пыталась засунуть пластмассовую собачку в слишком маленькую коробку.

Евгений посмотрел на нее и сказал:

— Всё-таки интересно, в кого она такая.

Даша замерла.

— В смысле?

— Да ни в каком. Просто говорю.

— Так, Жень. Все. Мне это надоело. Мы сейчас же сделаем тест. Я сейчас поищу клинику поближе, запишусь, и завтра прямо с утра поедем втроем

Он нахмурился.

— Да зачем?

— Затем, что я больше не хочу слышать эти разговоры.

— Даш, ну я же не говорю, что она не моя.

— Тогда чего ты боишься?

— Я ничего не боюсь.

— Отлично. Завтра идем.

Утром Евгений пытался отказаться от поездки, но Даша его не слушала: едем, и все. В конце концов он махнул рукой:

— Делай, что хочешь.

Они съездили в клинику. Через несколько дней пришел результат. Евгений был отцом. Он будто выдохнул после долгого напряжения.

— Ну вот, — сказал он, внимательно ознакомившись с письмом. — Я же говорил.

— Что ты говорил?

— Что это всё ерунда. Что Алина – моя дочь.

После этого он действительно изменился.

Стал чаще заниматься дочкой, играл, стал с желание выходить во двор без коляски, чтобы ребенок побегал на площадке. Раньше тоже гулял, но после уговоров и на отвали. Теперь же стал делать это с большим энтузиазмом. И вообще стал как-то больше помогать по дому. Мыл посуду, разбирал стирку, пылесосил. Однажды даже сам разобрал завал на балконе, который откладывал почти год.

Дашу это сначала радовало. А потом стало только хуже.

Потому что теперь она постоянно думала: а почему всего этого не было раньше? Евгений ведет себя так, как будто груз с плеч упал. Выходит, все это время он был сам не свой, потому что подозревал ее в неверности? Думал, что ребенок не от него?

Однажды ночью дочь заболела. Ничего серьезного, поднялась температура, Даша всю ночь сидела рядом с кроваткой. Евгений утром встал, сварил кашу, собрался на работу и перед выходом поцеловал Дашу.

— Я сейчас поприсутствую на совещании, а потом попробую отпроситься, чтоб ты поспала. Продержись пару часов.

Она посмотрела ему вслед и вдруг подумала: а ведь со стороны у нее теперь именно тот муж, о котором многие мечтают. Работает. Деньги приносит. С ребенком занимается. По дому помогает. А самое главное, наконец-то приструнил своих родственниц. Никаких больше намеков и шуточек про «рыжего соседа» Даша больше от них не слышит.

Значит, вес-таки возможно было это сделать и раньше? Почему не сделал? Значит, в душе был согласен с тем, что они говорят?

Даша в глубокой обиде на мужа, не может его простить. Прошло полгода после того, как они сделали тест, но лучше не становится. До того дошло, что стала задумываться о разводе.

— Ты шутишь, что ли? Какой развод? – спрашивают подруги. – Вы же только-только нормально жить начали.

— Я нормально жить не начала.

— Да что тебе еще надо?

Даша не знала, как объяснить.

Мама тоже ее не понимала.

— Даша, ты сама подумай. Евгений у тебя хороший муж. Не гуляет, работает, ребенка любит. Ну ошибся человек, ну засомневался. Ты же доказала ему, что он зря переживал.

— Я доказала ему, — ответила Даша. — А не он мне.

Дарья искренне не знает, как теперь быть. Евгений – хороший отец для дочки, да и мужем плохим его не назовешь.

Но после того, как однажды между ними встал вопрос «а твой ли это ребенок?», прежней семьи для Даши будто уже не осталось.

Теперь все вокруг убеждают ее одуматься, Евгений посыпает голову пеплом, а Даша каждый раз смотрит на дочь и думает: разве можно просто сделать анализ, получить нужную цифру — и вернуть доверие обратно?

Может быть, она слишком долго держит обиду и разрушает семью, в которой муж наконец-то стал заботливее?

Или есть вещи, после которых даже положительный результат ДНК уже ничего не исправляет?