— Ну что там? Покажи!
Инга еще даже не успела толком посмотреть на тест, а муж уже стоял рядом.
— Да подожди ты.
Она вздохнула и повернула полоску к свету.
— Одна.
Муж нахмурился.
— Да что ты так нервничаешь? Деньги же никуда не денутся. Бизнес развивается, у нас с Серегой хорошие перспективы. Просто сейчас нужно перекрутиться, Ника. Я тебе все верну, обещаю. Может быть, даже еще и до родов… Не переживай! — улыбнулся муж.
Вероника тоже попыталась улыбнуться в ответ, но получилось как-то натянуто. Легко сказать — не переживай. Это не ему рожать через пару месяцев. Не ему уходить в декрет. Не ему сидеть потом дома с младенцем на руках, без денег и без возможности их заработать.
— Лера, ты вообще собираешься с дочерью поговорить или нет? — голос Татьяны в телефоне звучал так резко, что Валерия даже отняла трубку от уха и посмотрела на экран.
— О чем поговорить?
— О том, как она себя ведет с Егором! Я же тебе рассказывала. Как только этот новенький Максим появился, все, твоя дочь на Егора ноль внимания. Ходит только с Максимом, разговаривает только с ним. Она специально Егора игнорирует! Ты разве не видишь? Или ты считаешь, что это нормально?
— Маш, ну сколько можно? Сорок дней прошло уже! — не выдержала Дарья.
Мария подняла на сестру заплаканные глаза.
— Ты не понимаешь, Даша. Человек умер. Его больше нет.
— Нет, я все понимаю. Умер. Но этот человек – всего-навсего твой бывший муж, с которым вы развелись двенадцать лет назад. И убиваться по нему вот так, как ты это делаешь – перебор, я считаю.
— Не надо мне больше звонить! Ты подонок и кобель! И приезжать к нам не смей! Ты мне больше не отец, понял?
Юля сама до сих пор помнила тот разговор почти дословно.
Ей было десять лет. Она стояла посреди своей комнаты с телефонной трубкой в руках и кричала так, что сорвала голос. На глазах были слезы, в груди все дрожало от злости и обиды.
— Слушай, а тебе не кажется, что эта Вика, с которой встречается Матвей слишком... ну, в общем, не нашего полета птица? — неожиданно спросила Ольга мужа вечером на кухне.
Муж даже чай поставил на стол и посмотрел на нее с удивлением.
— В каком смысле?
— В прямом. Ты знаешь, на чем она ездит?
— То есть ты сейчас серьезно говоришь? — Светлана даже ложку на стол положила. — Если я не хочу отдавать дочь в сад, то должна родить второго ребенка?
Муж поднял глаза от телефона.
— А что тебя удивляет?
— Всё!
— Свет, ну а как ты себе это представляешь? Ты хочешь не работать, сидеть дома. Хорошо. Но тогда у этого должна быть причина.
— Тоня, иди скорей сюда, смотри, что я нашел! — голос мужа прозвучал как-то странно. Не радостно, не испуганно. Скорее ошарашенно.
Антонина крикнула из другой комнаты, где разбирала книги.
— Что там еще?
— Говорю тебе, иди сюда! Смотри сама.
— Нет, Денис, подожди. Я не понимаю. Почему мы должны оплачивать ущерб за мужа твоей сестры?
Алла стояла посреди кухни с телефоном в руках. Она только что разговаривала с менеджером кафе, в котором проходила их свадьба. Разговор был довольно-таки неприятным: им насчитали двадцать тысяч рублей за разбитые зеркала в фойе и поврежденный фонтанчик. Все это натворил муж золовки, Сергей. Это он перепил и устроил драку.
— Паш, а давай девочку родим?
— Угу. Припевочку. Юль, ты шутишь, что ли?
Супруги сидели на дачной террасе. Был теплый вечер, пахло скошенной травой. Старший сын уехал к друзьям, вероятнее всего, с ночевкой, младший убежал играть с дачными друзьями в футбол. На столе стояли чайник и тарелка с клубникой.
— Почему это шучу? – усмехнулась Юлия. – Вовсе даже нет.
— Вика, ты когда приедешь? У меня тут кошмар просто какой-то. Неделю уже никто не убирался толком, пылища везде! Надо бы залезть на стремянку, на шкафах все вытереть, люстру помыть, окна протереть хотя бы изнутри. А в ванной что творится! Плитка вся заляпана...
Виктория закрыла глаза и на секунду прислонилась лбом к холодной дверце шкафа в раздевалке. Только что закончилась двенадцатичасовая смена. Ноги гудели, телефон показывал почти десять вечера, а дома ждали муж и четырехлетняя дочь.
— Ты только не вздумай им ничего рассказывать про меня, слышишь? — голос Олеси в телефоне сразу стал жестким. — Ни где я живу, ни с кем живу, ни что у меня вообще происходит.
Анна вздохнула и машинально посмотрела на свой телефон. Пять пропущенных вызовов от матери Олеси за последние два дня. Ане уже и трубку не хотелось брать. Она знала, что мать подруги опять будет плакать. А та все названивала, потому что узнать новости о дочери было больше не у кого...
— Жанна, ты вторую котлету, что ли, себе положила? А не слишком ли? Тебе одной вполне хватит. Лучше вон огурец возьми, или помидоры порежь себе.
Жанна медленно подняла глаза на мужа. Он сидел напротив нее за столом и говорил совершенно спокойно, даже не повышая голос.
— Спасибо, конечно. Но я сама разберусь, что мне есть.
— Я просто помочь тебе хочу. Ты же сама говоришь, что похудеть пытаешься…
— Так, Настя, а ну-ка руки свои убрала быстро! И не тяни их туда, куда не надо, – громко произнесла Полина, и за столом сразу стало тихо. – Ты вообще ничего не перепутала?
Девушка младшего брата мужа, Настя, замерла и непонимающе посмотрела на Полину.
— Ты чего? — моргнула она. – Я не хотела ничего плохого. Просто рубашку Кириллу поправила.
— Ларис, ты мне только одно скажи: это я зажралась и офигела? Или это действительно проблема? Вот лично ты как считаешь? — Вера нервно размешивала ложечкой свой капучино.
Лариса внимательно посмотрела на подругу.
Они сидели в небольшом кафе возле торгового центра. Народу в этот ранний час было совсем мало, официантка протирала соседние столики, а Вера выглядела так, будто не спала полночи.
— Что опять случилось?
— Ты хоть понимаешь, что натворила? — возмущалась сестра в телефонной трубке. — Лада, у тебя две дочери! Были бы парни, еще куда ни шло, но девчонки… Как вообще можно было уйти и оставить их с отцом? Девочкам мать нужна!
Лада молча стояла у окна. Такие разговоры в последнее время стали для нее почти ежедневными. Сначала ее отчитывала мать, потом тетя. Теперь вот сестра подключилась к общему хору...
— Ксения, ну что ты опять смотришь на меня так неласково? — усмехнулся Игорь, присаживаясь на край ее стола. — Я же ничего такого ужасного не предлагаю. Просто взрослые люди могут приятно проводить время. Почему бы и нет?
Ксения медленно подняла глаза от отчета.
— Игорь, я тебе уже третий раз говорю. Мне это неинтересно.
— Мам, а если бы я тогда не наврала отцу... Не придумала бы эту дурацкую историю… Вы бы не развелись?
Нина Сергеевна замерла с чашкой в руках и внимательно посмотрела на Марину.
Они сидели на кухне. За окном моросил мелкий осенний дождь, по телевизору негромко шла какая-то передача. Разговор начался совершенно случайно, но после вопроса дочери воздух будто стал тяжелее.
— Господи, Марина... Чего это ты об этом вспомнила? Больше двадцати лет уже прошло!
— Не вспомнила, мам. Я вообще никогда об этом не забывала. Я так виновата перед тобой… Перед вами…
— Валюша, да ты просто волшебница! – восхитилась Нина. – Стоило тебе взять малыша, как он тут же успокоился!
Младший внук Нины еще минуту назад хныкал на руках у своей матери, а теперь спокойно сидел у Валентины Сергеевны на коленях и разглядывал погремушку.
— Детей я любила всегда, — улыбнулась сватья. — И они меня тоже...
— Мам, а папа в эти выходные приедет?
Татьяна пришивала пуговицу к дочкиной рубашке. Шестилетняя Оленька сидела на ковре и раскладывала кукол по игрушечным кроваткам. Вопрос прозвучал совершенно спокойно, без обиды и ожидания. Просто так, между делом.
— Не знаю, зайка. Он не звонил.
— А-а. Понятно. Значит, не приедет.