– …В общем, сдала я этот анализ, и две недели до получения результата меня колотило! – рассказывает тридцатишестилетняя Глафира. – Переживала, я даже не могу передать, как! Ни спать, ни есть не могла, мысли все об одном. Не за себя, конечно, дрожала – за детей. Дочки маленькие, их еще растить и растить… Собственно, поэтому я и маму в курс дела ввела, говорю, мама, ситуация серьезная, у меня о-о-очень нехороший диагноз под вопросом, точно все будет известно в этот четверг…

— С Полиной мы дружим довольно давно, еще на первой своей работе познакомились, – рассказывает тридцатидвухлетняя Татьяна. – Обе пришли туда устраиваться, и обеих взяли. Я особо целью себе карьеру не ставила, просто работала всегда, вышла замуж, в декрет сходила, вернулась, дальше сижу все там же. А Полина молодец, развивается, идет вперед. Нашу контору быстро переросла, работает давно уже в другом месте. Тем не менее мы с ней по-прежнему общаемся, списываемся, раз в два-три месяца встречаемся даже потрындеть, несмотря на ее плотный график. И вот в последнее время грустная она какая-то. Надоело, говорит, одной, отношений уже хочется, а строить их решительно не с кем. Все нормальные мужчины, оказывается, разобраны давно…

– ...В конце концов, о ребенке подумай! – уговаривает мама. – Таких отцов поискать! Кому твой сын нужен–то будет?.. У Светки вон две дочери, она ради них не такое терпит! А ты – ишь, прЫнцесса... Ну да, наказать надо, носик сморщить, из дому может быть выгнать на недельку, чтоб впредь неповадно было. Но – развод!.. Глупости какие! Детский сад...

— Мам, ну она кроме своей беременности сейчас вообще ни о чем не может говорить! – с раздражением говорит о младшей сестре Марина. – Говорит о себе во множественном числе, представляешь? «Мы с малышом пришли, мы сели, мы купили…», мрак вообще. У нее еще и живота не видно! Постоянно слушать про то, как она себя чувствует, как ее тошнит, как ей хочется есть, спать, соленых огурцов или арбуза… ну нет, мам, это выше моих сил. Не хочу я на этот цирк смотреть и это слушать весь вечер, ты уж извини…

— Сыну тридцать два года, самостоятельный, успешный парень, – рассказывает шестидесятилетняя Серафима Петровна. – Работает, зарабатывает, квартиру себе купил, ипотеку уже почти выплатил. Машина есть, да, так что весь джентльменский набор при нем. Два года встречается с девушкой. Вместе, насколько я знаю, не живут, но время от времени она остается у него ночевать, пару раз в отпуск ездили на море, выходные проводят вместе. А тут сказал, что решили они расписаться, заявление в ЗАГС подали, планируют небольшую свадьбу на восьмое ноября. Я говорю, надо же так, а ты помнишь, что восьмого ноября – день рождения Антошки вообще-то, в этом году двенадцать лет ему исполняется. Сын так плечами пожал, ну да, говорит, день рождения, и что?

– …Я уже и так стараюсь, как могу: о приходе своем предупреждаю накануне, в гостях у них веду себя тише воды, ниже травы, где укажут, там и сяду, никуда не лезу, занимаюсь только с ребенком, хамского отношения не замечаю! – рассказывает пятидесятивосьмилетняя Полина Григорьевна. – Ну а как не хамское, если при моем приходе невестка встает, уходит в другую комнату, закрывает за собой дверь и там сидит, пока я не уйду? Что это вообще такое?

— Прихожу вчера к дочери, смотрю, у них новая стиральная машина, супер-пупер какая-то, с сушкой, теперь и развешивать белье не надо! – рассказывает пятидесятипятилетняя Ирина Антоновна. – Спрашиваю – откуда? Нина Степановна с Николаем Алексеевичем, говорит, подарили. Ну, кто бы сомневался, не сами же купили. Откуда у двух студентов деньги на такую технику…

— …Этой девочке, Свете, ну, подружке сына – семнадцать, то есть она еще несовершеннолетняя! – рассказывает сорокавосьмилетняя Инга Григорьевна. – Учится в колледже, на повара, из школы ушла после девятого класса, я так понимаю, способностями не блистала. Сыну девятнадцать, студент-второкурсник серьезного вуза… Ничего общего! Я сыну говорила, что не нравятся мне эти отношения. А сын мне – мам, ты что, какие отношения, мы просто общаемся. Ну вот, дообщались! Теперь Света беременна, да еще и заявила, что будет рожать! У меня просто волосы на голове шевелятся от ужаса!

- Наверно, нельзя так говорить, но мама у меня совсем с ума сошла! - жалуется двадцатисемилетняя Маргарита. - Я ее просто не узнаю! Родила себе игрушку на старости лет. Теперь восьмилетняя дочь вьет из нее веревки!.. Не-е-ет, меня воспитывали совсем по-другому!

— …Звоню тебе, звоню, а ты все трубку не берешь. Где ты ходишь? – голос матери в телефонной трубке звучал, как всегда, обиженно-воинственно, с наездом.

— Не знаю, мам, не слышала звонков почему-то, извини. Может, в метро ехала…

— ...Честно говоря, я сначала глазам своим не верила! – вздыхает Татьяна. – Чтоб Антон повелся на какую-то свиристелку, да не может быть! Но, к сожалению, поверить пришлось. Несколько раз уже лично заставала их в кабинете в двусмысленных ситуациях, когда они шарахались друг от друга, пряча глазки, фу! Пыталась сказать Антону, что это все мерзко выглядит, но он меня оборвал – не твое дело, мол. Ну да, согласна, дело действительно не мое…

– …Две недели назад сижу вечером дома, вдруг сын звонит, – рассказывает пятидесятипятилетняя Ирина Егоровна. – Говорит, мама, выручай, кроме тебя помочь некому! Что случилось, спрашиваю. Оказывается, Людмилу, невестку, скорая забрала с аппендицитом, сразу на операционный стол. Сын говорит, я еду в больницу, сейчас Анечку к тебе завезу. Возьмешь?

— …Мама вчера увидела меня в новой куртке и привязалась, как банный лист: сколько стоит? – рассказывает тридцатитрехлетняя Софья. – Я говорю, не помню, летом по скидке брала. Она: нет, ну как не помнишь, скажи! Сказала, чтобы она отстала – пять тысяч рублей, хотя куртка хорошая, брендовая, обошлась гораздо дороже. Но маме и этого хватило. «Вот, зачем такие деньги потратила, с ума сойти, тебе что, совсем ходить не в чем? У тебя и плащ, и пальто, и старая куртка еще хорошая! Лучше бы детям чего-нибудь купила на эти деньги!..»

— …С мужем развелась шестнадцать лет назад, и сына ему оставила, – рассказывает сорокасемилетняя Инна. – Ребенку восемь лет было на тот момент… Пока жили вместе, ругались постоянно, муж меня обзывал, унижал, денег не давал. Я человек мягкий, бесконфликтный, терпела долго, но не выдержала в конце концов и я. Он мне сам заявил – иди, мол, куда хочешь, сына я тебе не отдам. И каково же было его удивление, когда я однажды собрала вещи и действительно ушла одна. Сказала, что да, ты отец, у тебя хорошая высокооплачиваемая работа, жилье, Игнату с тобой действительно будет лучше. Бывший муж ожидал, видимо, чего угодно, но только не такого. Жаловался всем, и знакомым, и родственникам, что я не мать, бросила ребенка. Нашел сторонников и жалельщиков, и даже маму мою перетянул на свою сторону…

– …А я мужу сказала – по-моему, это уже перебор со стороны Ольги Михайловны! – рассказывает тридцатипятилетняя Полина. – Полгода я с ней ношусь, после того, как она ногу сломала: готовлю ей, мою, стираю, к врачам вожу, в дом к себе взяла… Вот какая еще невестка так за своей свекровью так ухаживать будет? Что-то доченька родная ее не разлетелась помощь предложить, как я посмотрю!..

– А что случилось-то?

– Ну, свекровь прекрасно знает, что отношения у нас с ее дочерью никакие – это еще мягко сказано. Мы с Маргаритой просто терпеть друг друга не можем! Долго рассказывать, отчего и почему, да и неважно это. Рита человек своеобразный, с братом у нее тоже общения нет никакого, с самого детства… И, зная все это, свекровь приглашает к себе в гости Риту с ее дочкой. В наш дом, естественно, а куда же! Соскучилась она по внучке, видишь ли! Каково?..

— …Пришел вчера с работы, есть опять ничего не стал, разулся, прошел в комнату, сел прямо в куртке на диван и смотрит в одну точку! – рассказывает тридцатишестилетняя Юлия. – Я его спрашиваю – ты чего такой? А он – а каким мне быть, если моя нормальная жизнь кончилась?

— …Ведет себя не как мать, а как ревнивая жена! – жалуется подруге Лидия. – «Где была?», «Куда пошла?», «Почему задержалась?», «Это чем от тебя пахнет, не спиртное ли? Ну-ка, дыхни!». Телефон мой проверяет, иногда в открытую требует – покажи, кто это, что он тебе там пишет. А иногда, пока я зазеваюсь и оставлю его где-нибудь. Как у подростка. Только мне, между прочим, двадцать девять. Я не ребенок, а взрослая женщина!

— Да я, конечно, понимаю, что сама виновата! – вздыхает Ксения. – Ведь из каждого утюга советуют: никогда, никогда, никогда не имейте дел с родственниками! Но я в Лере, жене брата, была уверена на все сто. Она мне казалась неглупой, адекватной, образованной девушкой, до декрета работала редактором корпоративного издания в одной компании, по ее словам, работу любила, все у нее получалось. Но вернуться на свою работу после декрета не могла, там ненормированный рабочий день, командировки иногда, авралы, в общем, работа не для мамы маленького ребенка. Ну я и предложила ей – давай к нам, в рекламное агентство. Профиль немного другой, и потеря в деньгах, но ничего, освоишься, подучишься и все наверстаешь. У нас как раз вакансия была. Лера прислала резюме, а я подошла к начальству, сказала, что родственница моя. Да, у нее маленький ребенок сейчас, но так она девушка вроде бы неглупая. Чего не умеет, быстро научится… Я ведь как лучше хотела для всех, правда!

– Раньше муж хорошо зарабатывал, когда я в декрете сидела, спокойно содержал нас всех! – рассказывает тридцатисемилетняя Ксения. – Меня, мою дочь от первого брака и общую дочку. Я не работала до пяти лет ребенка, мы решили, что так будет лучше, занималась домом и детьми. Два года назад мне очень повезло: устроилась в хорошую компанию, случайно, можно сказать! С улицы туда не попадешь. Подруга уходила в декрет, и привела меня на свое место. И мне удалось зацепиться и показать себя, с декретного места перейти на постоянное, и даже начать делать карьеру…

– …Позвонила я в эту компанию, ну, по уборке, говорю, знаете, мне надо отмыть трехкомнатную квартиру, в которой лет тридцать никто не убирался! – рассказывает тридцатипятилетняя Мария. – Хозяйка жуткая неряха, состояние просто неописуемое… Женщина отвечает – тогда бюджетно не получится. Пффф, да я даже не сомневалась, что это обойдется в копеечку, но – а что делать? Сама даже браться не буду, там профессиональные средства нужны уже, хоть бы они еще справились… Записывайте, говорю, хочу сделать подарок свекрови! Пусть хоть раз в жизни она посмотрит, что такое чистая квартира…