У Лидии с мужем пятилетняя дочь – несадовский ребенок.

Честно сделали три захода с разницей в полгода–год, и убедились сами: оставить в саду невозможно. Все попытки проходили по одному сценарию: ребенок рыдал белугой несколько часов, опытные воспитатели со всего сада только разводили руками – а на следующий день дочь сваливалась с температурой. Лида с мужем посоветовались и решили – значит, придется сидеть с дочкой дома.

— ...Всю неделю у нас трагедия за трагедией! — вздыхает тридцатилетняя Елизавета. — Сеня сначала палец прищемил дверью сильно, потом на кухне об столешницу стукнулся лбом, теперь там шишка и ссадина. во вторник полкастрюли супа на себя опрокинул, хорошо, что холодного. А вчера на улице с качелей свалился, я даже не поняла как! Отвлеклась на секунду, а там крик и он уже на земле… 

У Карины двое детей, две дочки – второклассница и малышка, которой совсем недавно исполнился год.

Карина с мужем и детьми живет в небольшой двухкомнатной квартире в спальном районе. Еще недавно, пять лет назад, когда только купили это жилье и заехали сюда с одним ребенком, квартира казалась достаточно большой и просторной. Однако жизнь не стоит на месте. Дочь подросла, пошла в школу, ей выделили место для занятий и отдыха; родился второй ребенок, купили детский крупногабарит: коляску, кроватку, стульчик для кормления, шезлонг, пеленальный стол, разложили гладильную доску и раскидали игрушки...

– Ну потому что мне девочку банально жалко стало! – рассказывает сорокасемилетняя Раиса. – Как Золушка она у них. Посмотрела я у папы на дне рождения… В вязаной какой-то кофтенке, с телефоном допотопным, ходит, братьям носы вытирает. А обувь какая у нее! Явно с чьей-то ноги. Обнять и плакать, в общем…

— …Ой, я вообще до двадцати лет жила под тотальной гиперопекой! – рассказывает двадцатидевятилетняя Маргарита. – Мама родила меня одна, довольно поздно – в тридцать шесть лет. И каждый шаг контролировала! Пришла домой – позвони. Разогрела еду – позвони, что выключила газ. Переписки мои проверяла, если меня не было дома в восемь вечера, начинала названивать, в девять обычно была уже истерика: «Где ты ходишь, ты видела, сколько времени, на улице уже НОЧЬ!..»

Объективно Анюта ничем не хуже большинства своих знакомых, а в чем-то и лучше: стройная, симпатичная, следит за собой, трудолюбивая, с хорошим образованием и манерами. Однако в жизни ей явно не везет.

— Чувствую, что дочери я в тягость! — жалуется пенсионерка Галина Григорьевна. — Раздражаю ее уже одним своим присутствием рядом. Слова не скажи, не спроси ни о чем. Я очень стараюсь быть тактичной, не лезть нахрапом, не поучать, не советовать. Но теплых отношений не получается все равно... Выросла? Да знаю я, что она выросла. Но разве взрослому человеку мать не нужна совсем?..

– ...Не знаю, конечно, что она Миле говорит, но мне постоянно капает на мозг – надо общаться! Надо помириться! Она одна с детьми, ей сложно, не обижайся на нее. Ты старше, сделай шаг навстречу. Тем более, конфликт ваш яйца выеденного не стоит! Я говорю, мама, я не с кем не ссорилась, так-то! И мириться, в глаза заглядывать точно никому не собираюсь. И вообще, говорю, мама, я не хочу на эту тему говорить, закроем ее раз и навсегда!

— …Еще год-полтора назад я была совсем другой, — с горечью говорит двадцатидевятилетняя Полина. — Строила семью, мечтала о семье, о ребенке, верила, что мой муж – «настоящий мужчина», который будет рядом и никогда не подведет. Ведь я выбрала именно такого человека: надежного, ответственного, понимающего. А потом родился ребенок, и куда все делось? Сейчас я не только рожать от своего мужа бы не стала, я бы вообще бежала от него без оглядки, так, что волосы назад… Одного только не могу понять: это я такая дура, не разглядела, не поняла очевидного, или он таким стал за год?

– …Дошло уже до того, что мне соседка сказала – а что, мол, Андрюша не родной сын вашему зятю? – рассказывает пятидесятисемилетняя Лариса Николаевна. – Я говорю, с чего вы взяли, мол, а она – так это видно, ребенок его раздражает, с младшим он совсем по-другому общается… И так мне тяжело на душе стало! Дело в том, что Андрей действительно Кириллу не родной. Кирилл с моей Аней стали встречаться и поженились, когда она беременна была уже, от другого мужчины. Кирилл, конечно, знал об этом, был согласен воспитывать ребенка, Андрюшу на себя записал. И сначала все хорошо у них было, а теперь вот начались проблемы…

— ...У нее пенсия пятнадцать тысяч рублей, какие могут быть подарки!.. Она полгода будет сидеть потом на хлебе и воде, да ну! Не нужны нам эти деньги, пусть мать потратит их на себя!..

— Встречалась с подругами на днях, цель была с Новым годом друг друга поздравить, – рассказывает Надежда. – Но обсуждали все, конечно, мой предстоящий развод. Все в шоке и не понимают, уговаривают не рубить с плеча, подумать, все-таки двое детей у нас с мужем, почти уже бывшим... Муж, если посмотреть со стороны, прекрасный, хорошо зарабатывает, деньги отдает в семью, не жадный совершенно, ему самому финансы и не нужны, по большому счету. Он трудоголик, практически живет на работе, работает без выходных, вот в буквальном смысле слова – и в будни, и в праздники. И даже когда он дома, мыслями и сердцем он на работе. Дети ему не особо интересны, я тем более, когда начинаю что-то говорить про семейные дела, слушает с пустыми глазами и не слышит. Потом может сказать, что я ничего ему не говорила, просто не помнит… Ну и зачем такой муж? Ради денег? Алименты и так будут хорошие! А других аргументов за сохранение семьи и нет…

— Иногда думаю: ну почему, когда у меня что-то наконец складывается, обязательно надо всё бросить? — вздыхает Татьяна Васильевна. — Сидела дома семь месяцев, работу искала, все накопления проела уже, не знала, что делать. До пенсии еще как до Луны, а на работу никто не берет. Хорошо, дочь выручала: коммуналку мне оплачивала да кормила. Договорились с ней, что буду с внуком сидеть, Полина пойдет работать, чтобы ипотеку свою платить. В итоге только она вышла из декрета, как мне работу предложили! И что теперь делать, непонятно. Отказаться от хорошей работы не могу. Идти работать, бросить внука? Дочку подведу...

— Подумать только, еще пару месяцев назад все у нас было нормально! – рассказывает Мария Яковлевна. – Дочь с зятем жили-не тужили, малыш родился, скоро полгодика ему будет. Квартира у них, трешка, Соня моя в декрете, зять, Леня, хорошо зарабатывает, ипотеку почти выплатили… И тут все с ног на голову буквально: откуда ни возьмись, явилась к ним Лёнина сестра с полуторагодовалым ребенком, буквально в тапочках: ее муж выставил их из квартиры. Разводиться решили. Ну, пустили, конечно, что же делать…

— Я единственный ребенок у мамы с папой, к тому же довольно поздний, – рассказывает двадцатисемилетняя Надежда. – Соответственно, родители мои уже в возрасте, им под семьдесят. Много в меня вложили и сил, и средств, и души. Выучили, на ноги поставили – теперь я чувствую себя обязанной помогать маме с папой, благо, повезло устроиться на хорошую работу, и зарабатываю я довольно неплохо. В последнее время вообще все на себя взяла: квартплату, телефоны, продукты им заказываю, одних лекарств каждый месяц выкупаю тысяч на пятнадцать. Мама тут как-то обмолвилась, что и пенсию они с отцом не тратят почти, все идет на счет, копится. Ну ладно, думаю, пусть будет НЗ, пригодится…

— С мужем вместе семь лет, пять из них официально женаты, – рассказывает тридцатилетняя Ульяна. – На свадьбу его родители подарили нам квартиру. Точнее, конечно, подарили мужу, прямо официально записали на него. Свекровь как раз незадолго до этого получила ее в наследство от бездетной тетушки. Обычная двушка в панельном доме, но зато своя!.. Не нужно ни снимать, ни ипотеку платить, это большой плюс, я считаю. Правда, состояние квартиры, откровенно говоря, безобразное. Ремонта не было очень давно, все обшарпанное, старое, в каких-то пятнах. Родители мужа сказали – ремонт уж с вас!..

А у нас в Телеграм-канале снова жарко: обсуждаем пожилых работников 70++ на рабочих местах. Многие из них работают, по их словам, не из-за денег, с финансами проблем нет – а просто потому, что «дома делать нечего».

— Как так может быть, что дома у человека дел нет? – удивляются одни пользователи.

— У меня их тоже нет, – признаются другие. – И мне как раз странно, почему они есть у кого-то. На работе порой слышу, ах, дома столько дел, на речку нет, не поедем. Каких таких блин дел?

А вас есть интересные занятия дома? И как лично вы относитесь к работникам на восьмом десятке, которые все никак не уйдут на заслуженный отдых?

Подписывайтесь на наш канал, делитесь мнениями!

— Пап, да ты пойми: это не просто каприз! — голос Пелагеи дрогнул. — Я уже на грани нервного срыва! У меня нет ни сил, ни энергии, я болею постоянно, я живу так, как будто мне не двадцать четыре, а за пятьдесят! Мне ничего не хочется: ни с людьми общаться, ни отношения строить. Единственное, о чем я мечтаю – это уйти из этой конторы, написать заявление, и больше там не появляться…

— Сыну уже два года скоро, и все это время свекровь все успокоиться не может, что у меня было кесарево, – рассказывает тридцатитрехлетняя Софья. – Нет-нет, да и ввернет реплику по этому поводу. Считает, что все проблемы от этого! Тонус у сына был сильный, нам массаж выписывали и физио, сел на седьмом месяце, пошел в год, говорить вот только сейчас начал, свекровь считает, что это поздно. И на все у нее один ответ – рожать, мол, нормально надо было! Тебе говорили, ты не послушала!

— Тань, ну просто как-то неправильно получается, согласись! – с обидой сказал муж. – У твоей Алины обновки каждую неделю, игрушки, телефон крутой, свой комп, это у первоклассницы-то. А моя Лиза как Золушка рядом с ней… Теперь еще танцы эти. Вчера Лиза мне сказала, что тоже хочет танцевать учиться, там, куда Алина ходит. Я ей это пообещал!