- Подруга говорила, что муж познается в декрете, а я не верила! - вздыхает моя знакомая, Екатерина. - Была уверена, что уж своего-то мужа знаю как облупленного. Мы с ним вместе через такое прошли!.. А теперь, после рождения сына, я его просто не узнаю...

— Сыну уже два года скоро, и все это время свекровь все успокоиться не может, что у меня было кесарево, – рассказывает тридцатитрехлетняя Софья. – Нет-нет, да и ввернет реплику по этому поводу. Считает, что все проблемы от этого! Тонус у сына был сильный, нам массаж выписывали и физио, сел на седьмом месяце, пошел в год, говорить вот только сейчас начал, свекровь считает, что это поздно. И на все у нее один ответ – рожать, мол, нормально надо было! Тебе говорили, ты не послушала!

 – У младшей дочери трое детей, все с небольшой разницей, малышу три года вот исполнилось, а первой девочке – девять! – рассказывает шестидесятипятилетняя Анна Кирилловна. – Первые роды у Ирочки не совсем гладко прошли. И у ребенка проблемы были, и у нее. К тому же ей и было-то на тот момент всего двадцать два года! Ничего не знает, всего боится, сама еще ребенок! А я как раз на пенсию вышла в тот год. В общем, пришлось засучить рукава и помогать!

— …Позвонил мне вчера, говорит, едет с работы, голодный, пообедать не успел! – рассказывает про мужа тридцатилетняя Варвара. – Спросил, что у нас на ужин. Я ему – гречка с котлетой, ну салат сейчас еще сделаю из овощей. Он мне так обиженно – «И что, мол, я весь день работаю, чтобы вечером твою сухую гречку глодать? Да еще котлеты, небось, вчерашние? В деревне только свиней вчерашним кормят, а ты мне на стол ставишь!» Приехал домой мрачнее тучи! Есть не стал, не разговаривает, с ребенком только поиграл немного и все. Спать лег отдельно от нас с Максимкой, утром в семь часов на работу уехал, дверью хлопнул…

- ... У Вити сегодня Анечка ночует! - как-то между прочим сообщила в разговоре моя знакомая, Ангелина. 
- Подожди, я что-то не поняла. Витя - это твой старший сын, которому шестнадцать лет? Он в девятом классе учится?.. Какая Анечка, ты о чем???

– Замуж надо выходить без розовых очков, с холодной головой, – говорит двадцатидевятилетней Анжеле мать. – По любви ты уже выходила. Чем это закончилось, не помнишь?

– …Ну вот разведешься ты, и что? – выговаривает двадцатишестилетней Софье мама. – Какие проблемы этим решишь, кому лучше-то сделаешь? Помощники у тебя, что ли, появятся? – нет! Кавалеры набегут, готовые решать твои проблемы и быть отцом чужому ребенку? – ага, как же, держи карман. Знаешь, сколько таких, разведенных с прицепом, никому не нужных, локти кусают? А мужа подберут мигом, только выйдет за дверь, вот увидишь. И у него будет все в шоколаде, заплатит тебе копейки алиментов и будет гулять в свое удовольствие. Так что не выдумывай, какой развод, терпи! Брак нужнее женщине!

- Моя дочь – чудовище! – расстраивается пожилая соседка Лидия Константиновна. – Эгоистка и белоручка! Какая-то поверхностная, легкомысленная, ни о чем не переживает…

…«Чудовищу» по имени Людмила в этом году тридцать два. У нее муж, дочь восьми лет, отдельная квартира. Все окружающие смотрят на Люду с уважением, и только мама постоянно ею недовольна.

— Даааа, недолго музыка играла! — с иронией протянула Вика, открывая дверь квартиры. — Я так понимаю, ты снова к нам, тетя Наташа? Только утром попрощались вроде, поехала домой уже ведь. Опять они тебя выставили?

...Три или четыре дня Катя живет, как в бреду – отпаивает детей и себя свежеприготовленными морсами, меряет температуру, записывает на листочек, кому во сколько дала лекарство, чтоб ничего не перепутать. Ведь сейчас она сама не до конца адекватна, с огромной температурой и жутким недомоганием. Муж звонит каждый день все с тем же вопросом:

– Ну как вы там? Лучше? Ну хоть немного?.. Ну что ж вы так разболелись–то, а?..

– …А Светлану Осиповну мне просто жалко! – делится соседка-пенсионерка, гуляя с внучкой на детской площадке. – С внуками она не справляется… У меня вон Анечка спокойная, то на качелях сидит, то в домике с девочками в дочки –матери играет. С ней гулять – одно удовольствие. Сижу на лавочке, вяжу, с вами вот разговариваю… А там мальчишки – огонь! Ни минуты не посидят сами, и бабушке не дают присесть! Она, бедная, не успевает за ними!..

— С мужем вместе четыре года, совсем недавно узнали, что ждем прибавления, – рассказывает тридцатидвухлетняя Виктория. – У обоих это уже второй ребенок. У меня дочка восьми лет, живет с нами, папа дочки слился в самом начале, едва узнав о беременности. А у мужа семилетний сын. В отличие от меня, муж был женат, развелся. Нюанс в том, что бывшая его жена с ребенком живет в его квартире…

- ... Света, ну ты же меня знаешь! Я не домохозяйка ни разу! Вот вообще нет! - эмоционально говорила молодая женщина подруге. - Не моё это!.. И детей я не люблю, честно говоря. Никакого умиления они во мне не вызывают... Мне вот сестра старшая говорит - это ты чужих не любишь, а свой - другое дело! Родишь своего, проникнешься, мол, полюбишь! Но я уверена, что нет. Сестра у меня другая совсем, она ребенка чуть ли не со школы хотела, с детьми всегда общий язык находила, сейчас она сумасшедшая мамаша двух погодок... Нееет, я не такая...

- Ну так не хочешь - и не надо! - поддержала подруга. - Действительно, жизнь ведь не только в детях... Сейчас иметь детей никто не заставляет, налог на бездетность не высчитывает, ха-ха-ха! Не хочешь - не рожай!

— Ого… – Ярослав вошел в свою квартиру, открыв дверь ключом, и ошарашенно огляделся по сторонам. В первый момент он даже не понял, куда попал. Его ли это жилище? Нет, кажется, все правильно. Седьмой этаж, двадцать пятая квартира. И дверь он узнал, и светлую бежевую плитку на полу.

— …Надо сказать, что с мамой мы только-только общаться начали, после трехмесячного перерыва! – рассказывает Маргарита. – Причина конфликта – мой муж, точнее, их с папой к нему отношение и вечные наезды… Муж с товарищем свой бизнес начали в этом году, взяли под него кредит. Димка сначала думал с основной работы не увольняться, раскручивать дело параллельно. Но вскоре стало ясно, что так не получается, бизнес требует большей отдачи. С работы ушел, пашут с другом день и ночь, но дела пока ни шатко ни валко идут, если честно. А тут беременность! Ребенка мы планировали, но позже, тем не менее, конечно же, решили рожать. Сказали родителям. Что тут началось! «Муж твой совсем головой не думает, уволился с работы, ребенка заделал, чем кормить его будет!». Пришлось жестко оборвать, даже общение прекратить на время. Мы с мужем ни у кого ничего не просим, не надо лезть в нашу семью! Ну, вроде помогло, родители пришли в себя, мама пару недель назад позвонила, общается нормально вроде, щекотливых тем не касаемся, обсуждаем погоду и предстоящие праздники. И тут – опять наезд. Мама поинтересовалась, выбрала ли я уже роддом – мы, говорит, с отцом решили, что оплатим тебе роды…

— …Моя мама же золовку мою на работу и устроила! – рассказывает Ангелина. – Поговорила со своей приятельницей, которая как раз искала специалиста на вакансию в свою компанию. По образованию золовка более-менее им подходила, но она десять лет дома просидела, не работала. Потому и не брали ее никуда! Она хотела уже в ПВЗ идти или кассиром в ближайший супермаркет. Но мама за нее поручилась, рискнули, взяли Наташку в хорошее место. Свекровь аж со слезами благодарила маму, чуть ли не в ноги кланялась, так и говорила: «Без вас, Ольга, мы бы пропали!»… Года не прошло – куда что делось теперь. Наташка начала зарабатывать неплохие деньги, высокомерная стала - капец, самооценка взлетела до небес. Ходит нос задрав, рассуждает про то, что у каждой женщины должен быть свой доход, что надо работать, домохозяйки – отстой. Мою Лизу учит: «Не будь, как твоя мама, карьеру строй, чтоб не сидеть потом на кассе!». Умора…

– Мои родители прожили вместе тридцать лет, и все время, что я помню, у них было строгое правило: папа получал деньги и всю до копейки приносил маме! – рассказывает двадцатишестилетняя Людмила. – От работы, от подработки – неважно. Все – в семью! Мама всю жизнь распоряжалась семейным бюджетом: экономила, копила, планировала отпуска и крупные покупки... Я считаю, что это правильно. Деньги должны быть в одних руках!..

— …С мужем они ровесники, в браке прожили четырнадцать лет, – рассказывает про свою подругу Марину тридцатисемилетняя Юлия. – Мужа ее, Сергея, я хорошо знаю, в институте учились вместе, собственно, через меня они и познакомились в свое время. Начинали они с нуля, со студенческой общаги, вместе на ноги становились. Отношения были всем на зависть, друг друга любили и поддерживали, многое прошли – и похороны Марининой мамы, и покупку большой квартиры, и ремонт, и инсульт у свекра. Марина тогда уволилась с работы и больше года занималась отцом мужа, поставила его на ноги, хотя врачи отводили глаза и прогнозов не давали…

– Да я, в общем-то, никогда не жаловалась, не выносила сор из избы! – рассказывает Глафира. – Но тут из меня прямо полилось! Про все сказала – что и меня в грош не ставит, и детьми не занимается, и дома ничего не делает. А теперь и вовсе ни в какие рамки – гуляет где-то всю ночь, отключив телефон!//. Говорю, Ольга Иосифовна, может, вы с ним поговорите, вправите ему мозги? Вас он послушает. Ну нельзя же так, еще немного, и семья полетит в тартарары, надо же что-то делать!

— Мою тетку, младшую мамину сестру, мы жалели всей семьей – она всю свою жизнь прожила с бабушкой, – рассказывает тридцатилетняя Людмила. – Бабушка – довольно сложный человек, жесткая авторитарная женщина. Двоих дочерей родила для себя, у обеих вместо отцов прочерки, про пап ничего не известно, бабушка принципиально о них говорить не хотела, нет никакого отца, и точка... Маму все детство гнобила, загоняла в какие-то рамки, лупила не раз чем под руку попадется. Мама бунтовала, и тогда бабушка плюнула и, когда маме было четырнадцать, родила вторую дочь, Марину. Объявила всем, что будет растить ее для себя, чтобы было, кому стакан воды подать в старости, «а то от Ирки ведь не дождешься»…