Всю сознательную жизнь Ниночка завидует "сильным женщинам".

Тем, которые легко принимают решения, без проблем и суеты делают выбор, действуют всегда решительно и твердо.

Сама Ниночка, к сожалению, не такая.

— …Во вторник записалась на маникюр, договорилась со свекровью заранее, что она придет с внучкой посидеть, – рассказывает тридцатидвухлетняя Арина. – Она с удовольствием это делает всегда, сама просится к нам, очень внучку любит, так что это еще неизвестно, кто кому большее одолжение делает: она мне, что приходит посидеть, или я ей, что приглашаю… Да шучу я, конечно, отношения у нас с ней отличные, мы с дочкой ей всегда рады. Только в этот раз она пришла, я смотрю, на ней лица нет. Стала расспрашивать, что случилось. Она сначала отнекивалась, а потом расплакалась и рассказала – опять Игорь чудит. Вытащил у нее карту банковскую и все деньги снял. Там немного было, тыщ двадцать, но тем не менее…

- Какой тебе спортзал? Зачем? - в очередной раз выговаривает соседка-пенсионерка Марина Ивановна своей дочери Валентине. - Дети мать свою  ждут не дождутся, к лифту прислушиваются вечером, а мать-кукушка в спортзале скачет с такими же идиотками, как сама... Ладно незамужние твои подруги с работы туда ходят, их никто дома не ждет. Но у тебя что, дома дел нет?..

— Встречаются они с этой Лерой лет пять уже, почти сразу стали жить вместе! – рассказывает про своего сына и его девушку пятидесятипятилетняя Нина Борисовна. – Квартиру снимают. Я так понимаю, Лера все это время ждала предложения руки и сердца, но сын с этим не спешил. Я его несколько раз за это время аккуратно спрашивала, не собираются ли они жениться – Гришка мой только отшучивался, а в последний раз довольно резко сказал, что это не мое дело, он взрослый мальчик и сам знает, когда ему жениться… А этой зимой, сразу после Нового года, Лера позвала меня на разговор – как она выразилась, конфиденциальный.

— Сыну двадцать пять, девушка его, Оксана, на пару лет младше, – рассказывает пятидесятипятилетняя Ольга Викторовна. – Живут вместе два года, говорили о свадьбе, более того, вроде как этим летом планировали идти в ЗАГС. Ну, я к ним сильно не лезу, люди взрослые, самостоятельные. Живут отдельно, на территории сына – мы с его отцом сложились и купили ему к окончанию института студию. Он там сам уже сделал ремонт под себя, туда и Оксану свою привел…

– Нет, ну ты представляешь? – рассказывает тридцатитрехлетняя Ирина. – Бабушка пришла к внукам на день рождения, принесла два совершенно одинаковых подарочных пакета. Только вот Мишка, старший, из своего пакета достал альбом с фломастерами, а Сережка – планшет! Не айпад, конечно, но тоже недешевый!..

— Сыну уже два года скоро, и все это время свекровь все успокоиться не может, что у меня было кесарево, – рассказывает тридцатитрехлетняя Софья. – Нет-нет, да и ввернет реплику по этому поводу. Считает, что все проблемы от этого! Тонус у сына был сильный, нам массаж выписывали и физио, сел на седьмом месяце, пошел в год, говорить вот только сейчас начал, свекровь считает, что это поздно. И на все у нее один ответ – рожать, мол, нормально надо было! Тебе говорили, ты не послушала!

— …И вечно этот ноющий голос, знаешь: «А почему я-а-а-а?» – с раздражением рассказывает о дочери Майя. – Лень непроходимая, ужимки все эти – и постоянно кислая морда и поджатые губки, тьфу! Меня от нее уже трясет! Видеть ее не могу!..

— С Максимом работаем вместе пару лет, он у нас завидный жених, – рассказывает Анфиса. –. Холост, свободен, никаких бывших серьезных отношений нет, детей и алиментов, соответственно, тоже. Ему тридцать четыре года, красавец, рост под два метра, спортсмен, в юности занимался серьезно борьбой, сейчас регулярно ходит в зал для поддержания формы. Сам по себе очень хороший светлый человек, добрый, щедрый, умный – и одинокий, представляете? До последнего времени девушки у него не было. Мы разговорились тут с ним на офисной кухне, говорит, раньше о семье не думал. Учился, вставал на ноги, деньги зарабатывал, делал карьеру, чтобы начать что-то представлять из себя. И времени не было на ерунду. Вот сейчас достиг определенного уровня, заработал, купил квартиру, машину, гараж. Родителям помог, младшую сестру вместе выучили на врача… Сам созрел для серьезных отношений, но хорошую девушку найти не может. Пытался знакомиться в интернете, ходить на свидания. Максимум две-три встречи – и теряет интерес. Скучно, говорит, с большинством девушек…

— Да сколько можно трезвонить-то уже! – пронеслось в голове у Маргариты Семеновны. Сын Роман на своей машине вез ее на дачу. Несмотря на раннее субботнее утро, а может быть, именно по причине его, на трассе было довольно оживленно, народ ехал за город. День обещал быть хорошим. Люди везли рассаду, детей, домашних животных и мясо для шашлыков.

— …Раньше дочка вообще дверь в свою комнату не закрывала ни днем, ни ночью! – рассказывает тридцативосьмилетняя Светлана. – Последние полгода только того, как младшая родилась, стала прикрывать на ночь, малышка спит плохо у нас, а Маше высыпаться надо перед школой, чтоб на уроках носом не клевать. А тут смотрю, у нее и днем закрыто уже постоянно… В пятницу из школы пришла, мрачнее тучи, ни здравствуй, ни до свидания мне, к себе в комнату протопала и дверь закрыла у меня перед носом...

– У меня весь этот год – просто черная полоса какая-то! – вздыхает тридцатишестилетняя Богдана. – То одно, то другое. В январе развелась, в феврале руку сломала, потом потоп этот, соседи нас залили, мы же до сих пор еще последствия разгребаем… Просто страшно уже, нас с сыном как будто заговорил кто-то: техника ломается, бывший козлит, алименты задерживает, тут карту банковскую заблокировали… А в начале лета я еще и без работы осталась! Три месяца искала вакансию, вроде бы нашла, взяли меня, выходить с пятого числа – и что ты думаешь? В школе каникулы объявили на две недели, и как раз с пятого числа, ни раньше, ни позже!..

— …А ты прямо сразу с кольцом иди на первое свидание! – с насмешкой посоветовала Вероника сестре. – Давай, чего время-то терять, правда? Как в анекдоте, знаешь? «Как я вас узнаю? – О, это легко: я буду в фате и с чемоданом!»

— Да мы просто в шоке все, кто ее знал! – рассказывает про сестру Маргарита. – Она всегда была такой матерью-наседкой. Всё для сына. Старалась, развивала, занималась, всегда боялась где-то что-то упустить, сделать неправильно, как-то навредить ребенку по незнанию. За питанием следила, за режимом дня, статьи читала по воспитанию. А сейчас ребенку шесть лет, она просто отдала его папаше-пофигисту, дверь закрыла и не тужит. Занимается собой, на маникюры ходит, на процедуры, в бассейн после работы записалась, по выходным спит до обеда. Сыну раз в неделю по телефону звонит: все в порядке, не болеешь? Ну ладно, пока! Один раз погулять брала, а так месяц не видела его уже и не скучает совершенно. Как кукушка… Разве это нормально?

— Мам, ну она кроме своей беременности сейчас вообще ни о чем не может говорить! – с раздражением говорит о младшей сестре Марина. – Говорит о себе во множественном числе, представляешь? «Мы с малышом пришли, мы сели, мы купили…», мрак вообще. У нее еще и живота не видно! Постоянно слушать про то, как она себя чувствует, как ее тошнит, как ей хочется есть, спать, соленых огурцов или арбуза… ну нет, мам, это выше моих сил. Не хочу я на этот цирк смотреть и это слушать весь вечер, ты уж извини…

...Софья считает, что второй ребенок ей необходим. И лучше девочка. Потому что с мальчиками, особенно озорными и непоседливыми, вечно что–то случается. Софья любит сына до беспамятства, и не представляет, как будет жить, если вдруг что случится с ее ребенком. А такие мысли, как на грех, то и дело приходят в голову: то авария автомобильная, в которой пострадал ребенок, то где–то дети потерялись, то снова печальный случай в армии, а каково матерям...

— У мужа сейчас на работе неприятности, – рассказывает сорокашестилетняя Марина. – В пятницу пришел, чувствую, весь на взводе. Я пол домывала, дочка в своей комнате сидела за компьютером, к экзаменам готовилась. Прикопался – почему, мол, опять ты ползаешь, моешь, а эта кобыла сидит и в игрушки играет? Объясняю ему, что у дочери ЕГЭ вот прямо сейчас, я ее не трогаю, она занимается, а он только пуще расходится – мол, я про эти ЕГЭ больше слышать не хочу, хватит уже к ним готовиться. И вообще, мол, пусть сдает ЕГЭ и уматывает отсюда! Восемнадцать ей два месяца назад исполнилось, взрослая уже, мы ей больше ничем не обязаны! В следующем месяце чтобы ее в квартире не было!

Что лучше для малыша - материнская любовь или бытовой комфорт? Как поступить - оставить ребенка в благополучных условиях, наступив на горло своим чувствам, или тащить его за собой в неустроенность и неизвестность? Счастливы, наверно, те, кому не пришлось делать такой выбор…

– Раньше муж хорошо зарабатывал, когда я в декрете сидела, спокойно содержал нас всех! – рассказывает тридцатисемилетняя Ксения. – Меня, мою дочь от первого брака и общую дочку. Я не работала до пяти лет ребенка, мы решили, что так будет лучше, занималась домом и детьми. Два года назад мне очень повезло: устроилась в хорошую компанию, случайно, можно сказать! С улицы туда не попадешь. Подруга уходила в декрет, и привела меня на свое место. И мне удалось зацепиться и показать себя, с декретного места перейти на постоянное, и даже начать делать карьеру…

— Мы с отцом четыре года назад в шоке были, честно говоря, когда наша Даша замуж собралась за этого Михаила, – рассказывает Юлия Павловна. – Она – молодая, красивая, стройная, со своей квартирой, все при ней. И он… На восемь лет старше, разведен, с ребенком от первого брака. Я дочери прямо говорила открытым текстом – ну зачем тебе мужчина с таким обременением? Такие люди должны искать себе ровню. Мало, что ли, разведенных женщин с детьми? А тебе нужен парень без прошлого… Но кто бы меня слушал. Сделала, как захотела сама… В итоге этот мальчишка, ну, сын Михаила от первого брака, Ваня – сейчас живет с ними.