— Ты им вообще про меня говорил?
— Кому — им? — Михаил даже не оторвался от телефона.
— Ну… родителям. Брату. Сестре. Кто у тебя там ещё есть.

– …Я мужа сто раз уже просила донести до своей матери, что о своих визитах к нам она должна предупреждать! – рассказывает тридцатилетняя Маргарита. – Причем, предупреждать не тогда, когда уже в наш подъезд заходит, а хоть немного заранее. Бесполезно! И он говорил, и я уже несколько раз. Нет, все равно идет без звонка. Достала уже! Я решила больше ее не пускать, и все. А что? Имею право… Вот в четверг она так явилась – не позвонила, ничего. Слышу – стук в дверь, звонок-то я отключила давно. Я сижу, не обращаю внимания, она стучит! Да нагло так! Это хорошо, что у меня ребенок не спал, иначе бы разбудила…

— …А я только недавно поняла, между прочим, что львиная часть наших конфликтов с сестрой была спровоцирована именно мамой. Она постоянно сталкивала нас лбами! И продолжает это делать. Что-то узнает про меня, скорей звонит Аньке. Обсуждают, как я неправильно воспитываю детей, не так кормлю, не так занимаюсь, какой у меня муж не такой, что с детьми я устаю, они меня напрягают, какой тут третий, мол… Не понимаю, зачем так делать-то? Чтобы что? А потом начинает хлопать крыльями: разве можно ругаться, вы же родные люди, у вас, кроме друг друга, никого…

— Ну пусть бы тогда ее мама отрабатывала как-то, я не знаю! – рассуждает Зоя Васильевна. –Квартиру можно было помочь отмыть после ремонта, например, убраться перед тем, как Митю из роддома принесли, с коляской погулять хоть пару раз в неделю, да мало ли! Но у сватьи всегда дела…

— …Долго не могла устроить личную жизнь, наконец, встретила мужчину, – рассказывает тридцатилетняя Арина. – Два года живем вместе, детей нет. И все два года только и делаем, что ругаемся из-за денег!.. Оба работаем, зарплата почти одинаковая – у меня на руки получается сорок примерно, у него – тридцать восемь тысяч. Ездим на его машине, живем в моей квартире… Ну как в моей, официально, по бумагам, квартира принадлежит моему папе, он получил ее по наследству. Но у родителей другое жилье, сдавать эту квартиру папа не хочет, особо она никому не нужна, и родители отдали ключи мне. Вроде и не свое, но никто нас оттуда не гонит, главное условие – чтоб долгов не было по коммуналке…

— …Мать звонит, жалуется, что до Алины который уже день дозвониться не может! – рассказывает сорокатрехлетняя Елизавета. – Я говорю, не знаю, все в порядке у нее, сейчас каникулы, отдыхает, в компьютер играет, гулять ходит с подружками иногда… Вечером у Алинки спрашиваю, тебе бабушка, мол, звонила? А она – мам, да я ее заблокировала везде, если честно. Достала она меня, сил нет! Все время лезет с нотациями, ворчит, бурчит, настроение портит. После разговора с ней я как выжатый лимон!

— А ты знал, что Каролинка, оказывается, замуж выходит, и свадьба в эту субботу? – спросила Полина мужа, едва зайдя вечером в квартиру.

— Нет, откуда мне знать? Это же твои родственники… - поднял глаза муж.

- Ездить на работу далеко, с пересадками я не буду ни за какие деньги! - заявила близким тридцатилетняя Алена. - Общественный транспорт - это ад, часы в нем - вычеркнутые из жизни. Больше - ни за что! В идеале вообще найти бы работу в шаговой доступности. Но идеал недостижим, знаю. Поэтому максимум - сорок минут дороги. На большее я не согласна!

— …У нас тут все-таки не Москва, поэтому платить бабушкам-дедушкам за помощь с внуком вообще дико! – рассказывает тридцатилетняя Дарья. – Да, есть такие родители, которые не остаются с внуками, по разным причинам. Но те, кто сидят, делают это бесплатно… И в нашей семье так было до последнего времени! Мои родители стали брать Антошу к себе пару раз в месяц, на выходные. Днем в субботу забирают, вечером в воскресенье привозят. Папа частенько с работы забегал пообщаться с внуком. Мама помогала: время от времени отпускала меня в парикмахерскую, на маникюр, в магазин. Нечасто, два-три раза в месяц…

— Я считаю, что мы с мамой все отлично придумали и организовали, – делится двадцативосьмилетняя Елизавета. – У нас с ней на двоих трехкомнатная в довольно престижном районе Москвы. Ни я, ни мама сейчас там не живем. Мама переехала к своему мужчине в его загородный дом, я – у своего мужа в квартире. Поэтому нашу трешку мы привели в порядок и сдали в аренду, чтоб не простаивала. Арендаторы платят по сто тысяч в месяц плюс счетчики, деньги мы делим с мамой пополам и живем в свое удовольствие. Мама уволилась с работы, говорит, всю жизнь об этом мечтала, выращивает цветы, разводит щенков на продажу, готовит, мужчина ее только рад этому. Я пока в декрете сижу, но выходить на работу теперь тоже не хочу. Дома чувствую себя отлично. Правда, мужу эта идея не нравится… 

— …Сама по себе эта Ира – девочка неплохая! – рассказывает про подругу сына сорокасемилетняя Валерия Леонидовна. – Девятнадцать лет, студентка, учится на платном отделении. Живет с родителями, и вот тут внимание: на съемной квартире! Своего жилья у родителей нет, что там за история, я не знаю, конечно, мне никто не докладывал. Ира говорит, что мама с папой квартиру покупать не хотят: мол, вся Европа снимает, и они так же будут. Хотят чувствовать себя свободными, не привязанными к месту. Сын говорит, они несколько лет назад приехали из региона сюда в Москву, сняли квартиру, живут, работают, учат дочь. И… ну, может, я и ошибаюсь, конечно, но очень активно хотят ее пристроить замуж за москвича с жильем. Наш сын на эту роль подходит как нельзя лучше…

Дело было в девяностые годы.
Сын моей знакомой, Иван, с компанией друзей, всем лет по двадцать пять, поехали отдыхать на Черное море.

На отдыхе парни познакомились с местными девчатами. Море, солнце, крымское вино, глубокие южные ночи - в общем, веселая компания оторвалась по полной. Полненькая хохотушка Галина не отходила от Ивана ни на шаг. Ивану, в общем-то, льстило ее внимание - и он с головой погрузился в курортный роман. Впрочем, о серьезных отношениях речь не шла: Иван несколько раз предупреждал свою девушку, что женитьба в его планы не входит.

— А теперь мать звонит как ни в чем не бывало: «Ну ты же меня на улицу не выгонишь?» – рассказывает Полина. – Я же, говорит, квартиру не по-серьезному продавала, не чужим же людям… Я чуть не упала вообще. Понарошку ты, что ли, продала, спрашиваю? А почему тогда деньги взяла самые настоящие?.. Как же быстро все забылось, уму непостижимо! И скандал, и истерики, и угрозы долю продать чужим людям за бесценок… мы с мужем кредиты влезли, хотя не планировали совершенно, ужимались во всём. Выкупили квартиру. Сдаем ее в аренду, этими деньгами платим кредит. Разве мы виноваты, что матери жить негде?..

— …И симптомов-то никаких накануне не было, все случилось в один миг! – рассказывает двадцатидевятилетняя Ксения. – Спать мама ложилась здоровой, а проснулась парализованной. Говорить не может – инсульт! Мы вызвали скорую, приехала энергичная тетя-врач, сразу диагноз поставила. Больше месяца мама провела в больнице, домой мы ее увезли на коляске… Месяц дома уже, и все плохо. Не может ни ходить, ни стоять, ни даже на постели толком перевернуться с боку на бок, везде помощь нужна: накормить, напоить, помыть, переодеть… Но это все еще полбеды. Ужасно то, что ведет она себя отвратительно! Капризничает, кричит, все швыряет, посуду бьет… Очень тяжело, конечно!

— Ты вообще думаешь работу искать, Лера, или нет? – в очередной раз осведомилась старшая сестра Светлана. – Сыну твоему уже четыре года! Давно пора в сад. Не до школы же ты будешь с ним сидеть…

- Подруга говорила, что муж познается в декрете, а я не верила! - вздыхает моя знакомая, Екатерина. - Была уверена, что уж своего-то мужа знаю как облупленного. Мы с ним вместе через такое прошли!.. А теперь, после рождения сына, я его просто не узнаю...

– Сын с этой девушкой, с Мариной, с первого курса встречается! – рассказывает пятидесятилетняя Алла Георгиевна. – Сейчас на третьем они, в одной группе учатся. Вот, довстречались: Марина забеременела. Сын нам с отцом заявил – буду жениться, воспитывать ребенка. Должны были заявление подавать идти на днях. Во вторник на той неделе приехала Маринина мама, они не москвичи, из Краснодарского края, встречались у нас, разговаривали – мы с отцом, молодые и …не знаю, как ее назвать – теща? Сватья? Ну, значит, сватья. Обсуждали, как жить будем дальше…

— Я просила тебя помочь, ты мне что ответила, помнишь? – спрашивает сестра Татьяна Людмилу. – «Извини, Тань, я не потяну». Ну вот и не лезь теперь. Ты не потянула, я тоже не смогла. Только вот меня все осуждают, а про тебя слова плохого никто не скажет…

—Да я свою сестру с детства терпеть не могу, – злится Дарья. – Я не знаю, с чего она взяла, что имеет право мне указывать, советы давать, жизни учить? Только потому, что она на семь лет старше? Хм. Ну в детстве ладно еще, но сейчас? Кто она такая, чтобы я ее слушалась? Мы с ней обе взрослые люди, у каждой своя семья, живем в разных городах – я в Москве, она в Питере. Казалось бы, расстояние должно спасать, говорят же – чем больше расстояние, тем больше любовь. Но, видимо, не в нашем случае…

–...А все твой муженек виноват! – не упускает случая ткнуть Анну мать. – Сам–то за собой следит! а жену довел до такого состояния, что не в чем на улицу выйти уже! Что значит он ни при чем - при чем, и не спорь! А то он не видит, в чем люди ходят, и в чем его жена... Все он понимает – просто ему удобно, что ты молчишь и довольствуешься старьем. Взял бы за руку, отвел и купил все что надо. А так – удобная позиция у него, отдал гроши какие-то – и ни в чем себе не отказывай!..