— Костя, ну ты же понимаешь, что это неправильно? — Анна поставила перед братом чашку чая и сама села напротив. — Твоя жена ходит без копейки денег. Она даже мороженое себе купить не может.

— Почему не может? — удивился Константин. — Пусть скажет, сколько ей нужно, я ей переведу. У нас с деньгами особых проблем нет сейчас. Ну, конечно же, в разумных пределах. Я весной повышение получил, ты же знаешь. Зарплату тоже увеличили...

— Костя, я за тебя рада, – усмехнулась Аня. – Но речь сейчас не о тебе. А о твоей семье.

— А что с семьей не так? – удивленно посмотрел на Анну брат. – Я продукты покупаю все по Ириным спискам. Коммуналку плачу. Ипотеку почти уже закрыли… То, что нужно для ребенка, тоже оплачиваю со своей карты: подгузники, питание, обувь с одеждой…

— Да это все понятно, Костя. Покупаешь, молодец. А лично Ирине ты деньги почему не даёшь?

Брат посмотрел на неё так, будто вопрос был странный.

— Да почему не даю-то? Она молчит, ничего не просит. А я же не телепат.

Анна вздохнула.

— А если она не умеет просить? Сложно ей, понимаешь?

— Ну это уже её проблемы, Ань.

Он сказал это совершенно спокойно, без раздражения. Он совершенно не видел проблемы. И именно это приводило Анну в недоумение: он правда не понимает? Или притворяется?

Брат Костя был старше её на пять лет. В детстве они дружили, хотя и время от времени ссорились, делили что-то. Сейчас давно уже выросли, у каждого появилась своя семья и своя жизнь. Но брат оставался для Анны человеком, с которым можно было говорить прямо. Поэтому она и решилась поднять эту тему.

С женой брата Ириной отношения у Анны были прохладные. Ничего плохого между ними не было, просто как-то не получилось сблизиться. Анна в первые годы сама пыталась подружиться: писала, звала их в гости, предлагала встретиться. Ирина отвечала коротко, от приглашений отказывалась под благовидными предлогами, к себе не звала.

В итоге Анна перестала навязываться.

Виделись они в основном у матери. Ирина здоровалась, спрашивала, как дела, пару минут могла поговорить на отвлеченные темы. Дружба не клеилась.

В свое время Ирина забеременела и почти два года назад родила сына Дениса. Сейчас сидит в декрете с ребенком. Встречаться стали еще реже, общаются теперь в семейном чате, куда Ирина время от времени выкладывает фотки малыша. Анна знает, что Костя работает, обеспечивает семью, получается это у него вроде бы неплохо. Он доплатил ипотеку за двухкомнатную квартиру, машину поменял. Если смотреть со стороны, все у них выглядит очень даже неплохо.

Летом получилось так, что Анна с дочкой приехали к матери на дачу почти на весь июль. Через несколько дней Константин привёз туда Ирину с маленьким сыном. Сам он остался в городе — работал.

— Поживите недельку на природе, — сказал он жене, выгружая из машины пакеты и детскую коляску. — В Москве жарко, на даче хорошо. Воздухом подышите, ягоды поедите.

Анна тогда обрадовалась. Может, наконец получится нормально пообщаться. И мама тоже была рада.

Первые два дня она ничего особенного не замечала. Ирина занималась ребёнком, помогала матери на кухне, вечером они, уложив детей, втроем сидели на веранде и мирно беседовали. Но постепенно Анна стала обращать внимание на странные мелочи.

Они с дочкой утром ездили в магазин, и Анна несколько раз предлагала Ирине что-нибудь взять.

— Тебе мороженое купить?

— Нет, спасибо.

— Может быть, Дениске что-то надо? Йогурты? Фрукты? Печенье? Что он любит?

— Нет, Аня, не надо, я стараюсь не приучать его к сладостям. Успеет еще зубы испортить. Спасибо, у меня все есть, что нужно.

В жаркий день Анна сама привезла из магазина мороженое на всех.

— Ирин, бери, пока не растаяло.

Ирина сначала отказалась, потом всё-таки взяла, но выглядела неловко.

На следующий день Анна предложила съездить вместе в ближайший городок. Взять детей, пусть погуляют там на площадке. Там как раз открыли новую, очень прикольную и как раз для малышей.

— Поедем? — спросила Анна. — На машине минут двадцать. Дети побегают там, мы немного сменим обстановку.

— Давай, — неожиданно согласилась Ирина. — А во сколько?

— Да прямо с утра, как встанем, так и поедем. Даже можно не завтракать. Там хорошее кафе есть с детским меню, очень приличное и недорогое. Покормим детей там, сами кофе выпьем…

Ирина помолчала, а потом сказала.

— Ань, только давай без кафе. Позавтракаем дома. Я кашу сварю.

— Почему?

— Просто не хочу.

— Ну хорошо. Можно и без кафе. Только на меня кашу не вари, я не буду.

— Знаешь, Ань… Я тут подумала… Я, наверно, никуда не поеду, ты уж извини. Съездите без нас.

Анна посмотрела на неё внимательнее.

— Ира, ты чего?

— Ничего.

— Я же вижу. Пять минут назад ты обрадовалась, хотела поехать. Что случилось? Я тебя чем-то обидела? Тем, что кашу не люблю с утра?

Ирина сначала отмахнулась, потом села на край лавки возле дома и неожиданно призналась:

— Просто у меня денег нет.

Анна не сразу поняла.

— Так там недорого совсем! Я же тебя не в ресторан зову, Ира. Обычная городская кафешка, тем более, с утра! Рублей пятьсот-семьсот наскребешь ведь?

— Ань. У меня совсем нет денег. Понимаешь? Ни копейки. На карте восемь рублей и все.

— Подожди, а что случилось? Костя же работает…

— Костя работает, да. Получает неплохо. Только мне он денег не дает.

Анна нахмурилась.

— Совсем?

— Он покупает продукты. За квартиру платит. Денису всё необходимое берет, подгузники, питание. Если мне одежда нужна — тоже может купить. Только надо сказать. Попросить, понимаешь?

— Ну и скажи. Если ты попросишь тысячу рублей на кафе, неужели он тебе откажет?

Ирина невесело усмехнулась.

— Я уверена, что не откажет. Надо просто попросить. А я не могу.

Анна сначала хотела сказать, что это какая-то ерунда. Взрослая женщина, замужем, ребёнок, нормальные отношения с мужем — чего там сложного попросить денег? Но Ирина говорила так серьёзно и печально, что Анна промолчала.

— Я не знаю, как это объяснить, — сказала Ирина. — Наверно, меня так воспитали: просить стыдно. С детства учили, что если тебе что-то нужно, заработай сама. Поэтому теперь у меня просто язык не поворачивается просить.

— Но ты же не чужого человека просишь.

— Я понимаю.

— И Костя не жадный.

— Я и не говорю, что он жадный.

Ирина поправила Денису панамку, которая съехала на глаза.

— Он просто не понимает, что мне нужны деньги.

Анна обратила внимание, как Ирина несколько дней ходила в одних и тех же шортах, только футболки меняла. Их было у нее две или три, явно не новых, и каждый вечер она стирала очередную в тазике и вывешивала сушиться на крыльце. Аня раньше не видела в этом ничего особенного – ну да, на дачу ведь приехали, здесь все одеваются немного проще, чем в городе.

Но, кажется, другой одежды у Ирины просто не было.

— Раньше были выплаты на ребенка, до полутора лет, – объясняла Ирина. –  Я из них себе что-то покупала. Шампунь, крем, бельё, иногда сладкое. Что-то откладывала. Своим родственникам подарки дарила, зубы вылечила, они у меня здорово посыпались после родов. Потом выплаты закончились. И на пособие мы не проходим. У Кости доход хороший.

Она сказала это без обиды. Просто как факт.

— Вот и получается, — продолжила Ирина, — что по документам мы семья с нормальным доходом. А у меня лично ноль. Если мне завтра понадобятся новые кроссовки, я должна сказать: «Костя, дай денег». Если хочу кофе с тобой выпить — тоже надо звонить и просить.

— Так попроси. Или, хочешь, я попрошу? Скажу ему, что так нельзя?

Ирина тихо рассмеялась.

— Вот ты тоже туда же.

Анна почувствовала раздражение.

— А что я должна сказать? Что Костя плохой муж?

— Нет.

— Что он тебя содержит недостаточно?

— Я не говорила такого.

— Тогда в чём проблема?

Ирина пожала плечами.

— Наверное, во мне прежде всего. Это мои личные тараканы. И я не знаю, как от них избавиться.

В тот вечер Анна долго не могла решить, стоит ли ей вмешиваться. Всё-таки это семья брата. Ирина сама призналась, что проблема в ней – она не умеет просить. А Костя, если разобраться, действительно не оставлял их без необходимого.

Но на следующий день Анна увидела, как Ирина достала из пакета банан, потом посмотрела на него и убрала обратно.

— Ты почему не ешь? — спросила Анна.

— Оставлю Дениске. Он любит.

Анна промолчала, но, когда брат приехал за семьей, улучила минуту, чтобы остаться с ним наедине.

— Кость, я тебя спросить хотела. У вас с Ирой всё нормально?

— В смысле?

— Ну… с деньгами.

На том конце повисла пауза.

— А что с деньгами?

— Она говорит, что у неё своих вообще нет.

— Да? Я, честно говоря, не знаю, что там у нее с деньгами, вроде она какие-то пособия получает, их тратит на себя. Я не спрашивал, сколько там. Всё, что нужно для жизни, я оплачиваю. Продукты там, стиральный порошок, коммуналку…

— Костя, она давно уже ничего не получает. Никаких пособий. И ей нужны деньги на личные расходы.

— Ну пусть скажет.

Анна с досадой посмотрела на него.

— А если ей неудобно?

— Ань, ну что я должен сделать, если она молчит?

— Можно просто каждый месяц давать ей какую-то сумму.

— Зачем?

— Чтобы у жены были свои деньги.

— Если ей нужны деньги, она попросит.

— Костя…

— Ань, я серьёзно не понимаю проблему. Я покупаю всё, что нужно для жизни. Иногда прямо Иру спрашиваю – мол, я заказываю продукты, тебе что-то надо купить дополнительно? Пару раз она там добавляла в список что-то. Если ей хочется себе что-то купить, пусть скажет. Я не запрещаю.

Анна несколько секунд молчала.

— А если она не хочет каждый раз просить?

— Значит, ей не надо…  Ань, ну правда. Мы начинаем ходить по кругу.

Он сказал это настолько уверенно, что Анна даже не нашлась, что ответить. Вечером брат увез семью домой в Москву. А через пару дней брат вдруг позвонил Анне.

— Ань, ты чего Ире про деньги наговорила? Она сказала, что ты считаешь, будто я её как нищенку держу.

— Я такого не говорила.

— Ну, может, не такими словами. Но она теперь говорит, что ей неловко у меня деньги просить.

— Так она и раньше говорила, что ей неловко.

— Ань, ну вот ты зачем это всё раскручиваешь? Раздула какую-то проблему на ровном месте!

— Я не раскручиваю. Я просто сказала, что, может быть, тебе стоит самому подумать об этом.

— О чем подумать? Я должен ей деньги пихать? Она же сама ничего не просит.

— Потому что не умеет.

— Это не моя вина.

Анна вдруг поняла, что не знает, чего хочет от брата. Чтобы он стал другим мужем? Чтобы начал каждый месяц класть жене деньги на карту? Чтобы догадался о том, о чём жена сама молчит?

Возможно, Костя действительно не считал, что делает что-то не так. А может, именно в этом и была проблема.

Ирина ведь не просила у него ни дорогих вещей, ни поездок, ни каких-то крупных покупок. Она просто перестала покупать себе даже мелочи, потому что каждый раз должна была сначала открыть рот и попросить.

Анна набрала Ирину, спросила ее, как Дела, как Дениска чувствует себя после дачи.

— Все нормально, Аня, спасибо. Мы отлично провели время. Только… я, наверное, зря тебе всё это рассказала.

— Почему?

— Не знаю. Теперь ты с Костей поговорила, он на меня злится. А я сама виновата…

Как считаете, кто в этой ситуации неправ — муж, который уверен, что всё необходимое он и так обеспечивает, или жена, которая должна научиться просить о собственных деньгах?

Что думаете?