— Даш, ты вообще подумала, что делаешь? Зачем тебе сейчас второй ребенок?

Дарья сначала даже решила, что ослышалась. Она сидела за столом на маминой кухне и машинально поглаживала рукой уже округлившийся животик. Срок беременности подходил к пяти месяцам, и беременность уже невозможно было спрятать под свободным платьем.

— В смысле «зачем»? — переспросила она.

Сестра Наталья сидела напротив. Глаза ее странно блестели, на щеках загорелись красные пятна.

— В прямом смысле! Надо вообще-то хоть немного думать головой!  У вас однокомнатная квартира. Теснотища! Один ребенок, и то ты постоянно говоришь, что денег не хватает. Андрей на работе целыми днями. Аня постоянно болеет в садике! С ней заниматься надо, к логопеду вести, к школе готовить… Ты с одной-то дочерью не справляешься! Какой тебе второй?

Дарья перестала улыбаться и тяжело вздохнула.

Еще минуту назад она собиралась рассказать всё спокойно. Даже приготовила в голове несколько фраз. Хотела сказать, что они с Андреем рады, что Аня тоже ждет малыша, что пока точно не знают, мальчик будет или девочка.

В общем-то, Даша знала, что сестра вряд ли обрадуется ее новости. Но такой реакции она все же не ожидала.

— Не волнуйся за нас, Наташа. Мы справимся, — сказала она.

Наталья усмехнулась.

— Ну конечно. Все так говорят.

— Наташ, это наш ребенок.

— Я просто не понимаю, зачем вам создавать себе дополнительные проблемы.

— А тебе какое дело?

— Мне? Никакого. Просто ты сама потом будешь плакаться, что не спишь, денег нет, ребенок болеет, муж работает. И что тебе никто не помогает.

Дарья почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Знаешь, ты могла бы меня сейчас просто поздравить, и все. Зачем нужно было все это вываливать?

Наталья пожала плечами.

— Я говорю как есть.

Мама, стоявшая у плиты, повернулась к дочерям.

— Наташ, ну хватит. Даша же хорошую новость вам сказала. Так или иначе, малыш уже есть. Давайте ему порадуемся…

— Да-да, давайте все сейчас будем прыгать от счастья! — резко ответила Наталья. — В чем оно только заключается, мне непонятно.

Дарья ничего не ответила. Она знала, что Наталья давно уже сама мечтала о втором ребенке. Только ее муж Сергей категорически не хотел расширять семью и даже разговаривать об этом отказывался.

Сестры всегда были близки. Разница между ними была всего три года, в детстве они жили в одной комнате, вместе делали уроки, делили фен и спорили, чья очередь мыть посуду и пылесосить. Примерно в одно время Даша и Наташа вышли замуж, и вскоре у каждой родился ребенок.

У Дарьи сейчас была пятилетняя Аня, у Натальи — семилетний Миша.

Они часто встречались именно из-за детей. Могли после садика зайти друг к другу на час, а просидеть до девяти вечера. Обсуждали цены в магазинах, детские кружки, воспитателей, мужей, свекровей. Но последние месяцы Наталья почти в каждом разговоре возвращалась к одной теме.

— Даш, ну я правда хочу второго. Миша уже большой. Мне кажется, ему братика или сестренки не хватает.

— А Сергей? Он все так же против?

— Ну… да.

Сергей говорил прямо:

— Одного ребенка нам достаточно. Здоровый, умный, способный мальчишка, что еще надо? В наше время одного бы на ноги поднять.

У них была ипотека, машина в кредит. Денег хватало, но без излишков. Миша пошел в первый класс, Наталья работала неполный день, Сергей спокойно задерживался на работе, ездил в командировки. Быт и ребенок были на Наталье. И даже на таких условиях муж категорически отказывался заводить второго малыша.

Наталья злилась.

— Он говорит, что второй ребенок — это снова бессонные ночи, расходы, садик, болезни. А я ему объясняю, что дети вырастают очень быстро, все проблемы решаемы, и с голоду мы не умрем, если родим еще одного ребенка…

— Может, ему просто страшно?

— Мне тоже страшно. Я рискую гораздо больше, как любая женщина, ты же понимаешь. Но я же не отказываюсь.

Однажды Наталья попросила сестру прямо:

— Даш, ты можешь с Сергеем поговорить?

— О чем?

— Ну объяснить ему нормально. Про ребенка! Ты же умеешь разговаривать.

Дарья тогда даже рассмеялась.

— Наташ, нет.

— Почему?

— Потому что это ваш семейный вопрос.

— Я же не прошу тебя рожать за меня.

— Ты просишь меня убедить твоего мужа завести ребенка. А если он потом согласится только потому, что на него все давили?

Наталья помолчала.

— Ты могла бы хотя бы попробовать.

— Нет. Я не буду.

— Почему?

— Потому что ребенок должен быть желанным обоими родителями. Можно обсуждать, можно рассказывать о своих желаниях, можно искать решение. Но уговаривать человека на ребенка — плохая идея.

— Тебе легко говорить. У тебя муж не против второго. Он сам говорил.

Дарья тогда не стала спорить. Она понимала, что сестре больно. Но не считала правильным вмешиваться. После того разговора между ними что-то изменилось. Наталья стала реже звонить, почти перестала приезжать. Если раньше могла написать утром: «Вы вечером дома? Я заеду с Мишкой», то теперь сообщения были сухими и только по необходимости.

Дарья сначала ждала, что всё пройдет. А потом сама забеременела. Это получилось не совсем запланированно, но ребенок был желанным. Когда тест показал две полоски, Андрей несколько секунд молчал, а потом обнял Дарью.

— Значит, скоро нас будет четверо.

Аня, узнав о будущем братике или сестренке, очень обрадовалась и засыпала родителей вопросами: а когда родится ребенок? А где он будет спать? А когда они купят настоящую коляску для ребенка?

Дарья с улыбкой отвечала на все вопросы дочери.

Беременность протекала нормально. Но сестре она долго не рассказывала о своем интересном положении.  Просто боялась ее реакции. И, как оказалось, не зря. Наталью понесло так, что не остановишь:

— Вы с ума сошли! — продолжала отчитывать сестру Наталья. —Двое в однушке. Даша, ну куда?

— Мы уже думаем о расширении, Наташа. Не переживай.

— Думают они! А на какие деньги?

— Разберемся.

— А чего вы до сих пор не разобрались? Умные люди сначала проблемы решают, на ноги становятся, потом беременеют. А не так, как вы!

— Наташ, остановись.

— Я просто говорю правду.

— Нет. Ты сейчас говоришь гадости.

— Ага! Скажи еще, что я тебе завидую! Только завидовать-то нечему, Даша. Я просто считаю, что вы не потянете.

— Хорошо, — тихо сказала Дарья. — Тогда можешь просто не обсуждать мою семью.

Наталья встала из-за стола.

— Да делай ты, что хочешь! – бросила она и вышла из кухни.

Мама посмотрела на Дарью.

— Не обращай внимания.

— А я и не буду.

Но Дарья уже понимала, что обиделась. После этого сестры практически перестали общаться. Они не писали, не звонили друг другу. К матери стали приходить поодиночке. Мама пыталась помирить их.

— Даш, ты же понимаешь, почему она так сказала. Она просто завидует. Ей тяжело. Она очень хочет второго ребенка.

— Я знаю.

— Ну так прости ее. Вы же сестры.

Эта фраза почему-то задела Дарью сильнее всего. Да, сестры. И что теперь, можно говорить то, что постороннему человеку не скажешь, потому что за такое можно огрести?

В свое время у Дарьи родился сын.  Когда она вернулась из роддома, Аня ходила за ней хвостиком, Андрей пытался приготовить ужин, а на сушилке в ванной висели маленькие распашонки.

На третий день приехала мама с пакетами.

— Тут Наташа подарок передала.

Дарья посмотрела на коробку. Внутри оказался хороший детский комбинезон и небольшой набор игрушек.

— Красивый, — сказала она.

— Она сама выбирала.

— Передай спасибо.

— А сама не хочешь?

— Пока нет.

Наталья несколько раз звонила. В один из вечеров телефон зазвонил как раз тогда, когда Дарья укладывала малыша. Она увидела имя сестры. Телефон продолжал вибрировать на столе. Дарья могла ответить, сказать простое «спасибо», пригласить сестру в гости.  Но так и не ответила.

Потом пришло сообщение: «Поздравляю с рождением сына. Здоровья вам всем». Дарья прочитала его и убрала телефон.

Мама на следующий день снова начала разговор.

— Даш, ну сколько можно? Она же поздравила тебя, подарок купила. Начни общаться с чистого листа. Сделай шаг навстречу.

— Ну, я за нее рада. Но почему я должна теперь делать шаги?

— Потому что вы обе устали от этой ситуации.

— Я не устала. Я просто жду извинений.

— Даша, она никогда первая не извинится.

— Тогда, наверное, будем молчать.

— Из-за нескольких слов?

Дарья посмотрела на спящего сына. Она не хотела войны с сестрой. Не хотела, чтобы дети росли в ситуации, когда их мамы не разговаривают. И не хотела вычеркнуть Наталью из своей жизни.

Но ей было важно другое.

Она хотела услышать от сестры не «ну ты же понимаешь, мне было тяжело», не «я просто завидовала», не «забудь уже».

А простое:

«Даш, я была неправа. Мне было больно, но я не должна была унижать твою семью и говорить, что твой ребенок вам не нужен».

И только после этого Дарья была готова начать всё сначала.

Потому что, может быть, прощение действительно важнее гордости. Но разве желание услышать искреннее «прости» — это гордость?

Как бы вы повели себя в такой ситуации? Что скажете?