«С вашими детьми сидеть не буду!» – говорила свекровь. А теперь просит у невестки помощи с 8-летней золовкой

— Сонь, ну ты же понимаешь, у меня другого выхода нет… — голос свекрови звучал расстроенно и напряженно. — Не в детдом же ребенка сдавать. Родственников у нас не имеется, подруги все работают. А у тебя все-таки удаленка… Я тебя очень прошу, выручи, мне просто больше не к кому обратиться. Возьми к себе Диану, а? Девочка она уже большая, не младенец, восемь лет. По пятам ходить не надо. Из школы забрать, суп налить, уроки проконтролировать, не так-то это и сложно… В конце концов, мы же семья, должны помогать друг другу…

София у открытого холодильника, перекладывая туда покупки. Муж Виктор стоял рядом, виновато потирая шею. В этот момент в кухню влетела, как фурия, восьмилетняя Диана.

— О, пироженки! – закричала она, побежав к холодильнику и не обращая на Соню ровно никакого внимания. – Мои любимые! Чур, мне вот это, с вишенками!

Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!

Она выхватила коробку с полки, даже не дождавшись ответа.

— Дианочка, детка, подожди, дорогая, надо ручки помыть, сейчас чай пить будем, Соня нас пригласит за стол… – зачастила свекровь.

— У меня чистые руки, отстань, мам, я хочу пирожное! – заныла Диана. Одно неловкое движение, и открытая коробка со сладостями перевернулась на пол.

Соня тяжело вздохнула и пошла за тряпкой. Дианочка всю жизнь такая – делает то, что в голову придет, и никто ей не указ. Свекровь родила ее уже в возрасте прилично за сорок, непонятно от кого. Отца у Дианы нет. Свекровь воспитывает ее одна. Хотя по большому счету непонятно, кто там кого воспитывает. Диана давно уже взяла верх над матерью: орет, истерит по любому поводу, никаких взрослых не уважает, никого не слушает, считает своей ровней. Свекровь и слова сказать против дочери не смеет: «Дианочка же будет плакать».

С Соней Диана сразу взяла тон, как с подружкой. Соня сочла за лучшее дистанцироваться и не общаться. С Виктором они женаты полтора года, живут отдельно, снимают однушку. Оба работают, копят на свое жилье. Детей пока не планируют, надо сначала встать на ноги.

Тем не менее свекровь часто говорила, что бабушкой быть не хочет, внуки ей не нужны, дочь выпила из нее все силы, и вообще, она, свекровь, наигралась в эти игры. Так что если Соня вдруг родит, то на нее бы не рассчитывала. Соня и не рассчитывала.

— Где-то я ее понимаю, – усмехается Соня. – После такого ребенка, как Диана, вообще ничего не захочешь.

Она пыталась аккуратно поговорить со свекровью, что, может, с Дианой надо бы построже. Для ее же пользы. Но какое там.

— А ребенок и не должен быть удобным! – заявляла свекровь. – Это раньше все растили удобных девочек, которые всем должны и обязаны. Сейчас не так. Должен быть здоровый эгоизм. Диана у меня с характером, и это хорошо.

С характером, ага. София называла это по-другому. Но спорить со свекровью смысла не видела. У них своя семья, у Сони с мужем своя. Здоровались и обменивались сообщениями в мессенджере.

А недавно свекровь серьезно заболела. То есть заболела уже какое-то время назад, но никому ничего не говорила, проходила обследование. И вот теперь диагноз на руках, надо лечиться, и лечиться долго и упорно. Скорее всего, оно затянется не на неделю-две, а на несколько месяцев. И откладывать нельзя, ложиться в больницу надо уже на следующей неделе.

И весь вопрос, конечно, в Диане. Кто ее возьмёт на время лечения свекрови. София сама бы ни за что не взялась. Но муж смотрел на неё так, будто надеялся. И ждал.

— Некуда мне девочку деть, Сонь. Ты же понимаешь… — голос свекрови звучал как будто уверенно, но в глазах плескался страх и безысходность.

— Я даже не знаю, — тихо ответила София. — Справлюсь ли я… Галина Максимовна, в такой ситуации, может, пора папу привлечь? Или из ваших знакомых кто-то, может, посидит.

— Да какой там папа! — раздраженно махнула рукой свекровь. — Нет у нее никакого папы. Знакомые? Ты что, шутишь? У всех своя жизнь.

— Мам, – начал Виктор. – Ты не волнуйся сейчас, тебе силы для себя нужны. Мы подумаем, что делать. Что-нибудь придумаем наверняка.

— Ладно, подумайте, – свекровь тяжело поднялась на ноги. – Позвони мне вечером, Вить. Дианочка! Собирайся, детка, поехали домой…

Когда свекровь ушла, забрав наконец свою Диану, Соня машинально начала наводить порядок в квартире, которую восьмилетка перевернула вверх дном за полчаса. Оставила липкие следы на столе, разбросала подушки, залезла в комод… София долго молчала, вытирая стол.

— Сонь, — начал муж осторожно. — Ну ты же видишь, какая ситуация. Маме реально плохо. А Диана… ну, переживём как-то. Это же ненадолго. Ну, я имею в виду, не на всю жизнь…

— Ненадолго? — София подняла на него глаза. — Да я за полчаса ее присутствия в квартире офигела. Она ведет себя, как годовалая. Хватает все подряд, не слушает никого… Нет, я бы была не против, Вить, если бы ты взял Диану и занимался ей сам. Но ведь все падает на меня, ты на работе целыми днями. А я, извини, тоже не Макаренко, который с трудными детьми управлялся одной левой. Как я буду ухаживать за чужим ребёнком, с которым его собственная мать не справляется?

Муж вздохнул, сел на стул напротив.
— Она не чужая. Она… ну… родственница нашему будущему ребёнку.

— Будущему. Которого у нас даже нет, и когда будет, непонятно…

Он опустил голову. София знала, что ему тяжело. Но внутри нее всё бурлило.

Почему это на неё свалилось? Почему взрослые люди принимают решения, а потом ответственность перекладывают на тех, кому удобнее? Она ведь не обязана быть няней. Она никому этого не обещала.

И самое страшное — она понимала, что если скажет «нет», на неё посмотрят как на чудовище.

Вечером свекровь позвонила сама, причем, не сыну, а Соне.

— София, я уже собрала документы. Завтра ложусь. Диану привезу к вам утром, ладно? Я ей сказала, она обрадовалась. У вас ей понравится.

София замерла с телефоном у уха.

— Вы что… уже решили за меня? Я же не говорила, что согласна.

— Ну а по-другому как? — в голосе свекрови возникли металлические нотки. — Ты же дома сидишь. Работаешь удаленно. Это не каприз с моей стороны, ты же понимаешь. Я не на курорт собираюсь. Мне надо лечиться. Потерпи уж как-нибудь, это же временно.

— Временно на сколько? На месяц? На три? На полгода?

— Ну кто же знает… — свекровь замялась. — Не начинай сейчас. Тебе что, жалко? Это же ребёнок! Ты себя слышишь? Если бы ты меня попросила в такой ситуации, я бы…

— Вы бы? — София перебила её. — Вы сами говорили, что ни с какими детьми сидеть не будете. Что вам дети не нужны. А теперь я должна?

— София, ну что за злость… Ты же женщина! У тебя свои дети будут! Как можно быть такой черствой?

София почувствовала, как по спине пробежал холод. Её еще и обвиняли.

— Я не согласна, — сказала она тихо, но ясно. — Простите, Галина Максимовна. Ищите другой вариант.

А как бы вы поступили в этой ситуации?

Соня действительно должна взять в дом ребенка свекрови, потому что нельзя не помочь в такой ситуации?

Или имеет полное право сказать «нет»?