«Я не жена, я соседка по жизни!» – делится Александра
Просмотров: 3776
— О, скоро уже семь часов… Нин, слушай, бери тарелки, пошли в комнату, там посидим. А то сейчас эта скотина приедет с работы, на кухню явится. Брр… Видеть его не могу!
Нина едва не подавилась. Они сидели на кухне у Александры, ели её фирменный салат с копчёной курицей. Вечер, простая посуда, обычные посиделки двух старых подруг. Всё буднично. И вот опять этот разговор, как ножом по стеклу.
— Слушай, Саш… Ты все никак не успокоишься? Мужа не простишь?
Она усмехнулась, пожала плечами:
— Не прощу. Тварь он. Сволота…
Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!
С виду Александра и Иван были идеальной семейной парой. Обоим под пятьдесят, ровесники, вместе почти тридцать лет. Дом, машина, дача, все купили сами с нуля. Взрослый сын, недавно свадьбу отпраздновал. На семейных праздниках — сидят рядом, улыбаются, внука ждут. Все как обычно, все как у всех. И только Нина знала, как обстоят дела на самом деле. Александра мужа своего, Ивана, ненавидит лютой ненавистью.
Но одного Нина не могла понять уже давно: если всё так плохо — почему Саша не уходит?
…Александра вышла замуж очень рано — в двадцать два. Почти сразу родился сын. Александра сидела с малышом в декрете, Иван пытался зарабатывать, свекры подбрасывали с огорода зелени и картошки. Жили, конечно, скромно, если не сказать бедно. Тогда народ вообще в основной массе не шиковал, а уж молодые семьи с годовалым ребенком-то и тем более.
Нина тогда часто заходила к подруге: раньше они вместе жили в одной комнате в общежитии, очень подружились. Приносила вкусняшки, сидела с малышом, рассказывала новости.
А потом у Александры случился гнойный пиелонефрит на фоне обострения мочекаменной болезни. Поначалу она долго терпела боль: ребенка было не с кем оставить. Но в конце концов ее почти в бессознательном состоянии увезли в больницу по скорой, и сразу на операционный стол. Сделали полостную операцию на почке.
Ребенка забрала к себе свекровь, а Александра попросила мужа взять отгулы и ухаживать за ней в отделении. Элементарно судно подать и вынести, одноразовые подгузники для взрослых тогда были экзотикой, нянечек в отделении не хватало. Да и денег у них не было – ни на сиделку, ни на что вообще.
— И муж ее отказался наотрез, ему было брезгливо. Сказал, что человек он такой, впечатлительный, не может смотреть на судно и нюхать эти запахи. Ни разу к ней не приехал.
Выручила подруга Нина. Приходила в больницу два раза в день — подавала судно, обтирала Александру мокрыми салфетками, держала за руку, приносила бульон и морс в банке.
Александра тогда плакала в голос. Срывалась:
— Ненавижу его! Ненавижу! После выписки уйду, вот увидишь!
Но прошло время. Александра поправилась, сын подрос, Иван вскоре устроился на неплохую работу, стал хорошо зарабатывать. Они потихоньку встали на ноги. Александра про развод больше не заговаривала, и Нина ее понимала. Идти ей особо некуда, опять в нищету с ребенком скатываться совсем не хотелось. Но Нина знала: мужа подруга не простила. И была уверена: как только Александра почувствует себя уверенно, уйдет.
С годами Александра научилась быть спокойной, ровной, хозяйственной женой. Но это была маска. За маской — вечная месть, мелкая, незаметная, но очень точная. За глаза Александра звала Ивана «эта скотина», высмеивала его недостатки и особенности, не гладила ему рубашки, на ужин готовила только те блюда, которые он терпеть не мог: «не хочешь, не ешь, а это полезно ребенку». На людях улыбалась, а Нине говорила:
— Он для меня умер. Просто мы живём, как как соседи.
Нина слушала и не понимала подругу:
— Так уйди! Ты же сама говоришь — терпеть его не можешь.
Александра пожимала плечами:
— И что дальше? Снимать квартиру? Делить всё нажитое? Я живу так, как мне удобно.
— Но ты же несчастлива…
— А кто счастлив?
Когда-то Нина знала Александру молодой — веселой, мечтательной, любящей. Та хотела троих детей, мечтала о большой семье. А после той больницы... как будто всё оборвалось.
Она отказалась рожать второго ребенка. Сделала аборт, объяснила тем, что врачи не разрешают, из-за почек. Хотя Нина знала, что это не так. Просто Александра отказалась от самой идеи, что в браке можно на кого-то опереться. Так и говорила:
— Я не питаю иллюзий. Живу, Нин, и знаю, что случись что, у меня никого за спиной…А так все нормально. Я просто больше не жена. Я соседка по жизни.
И вот сейчас, сидя на кухне, Нина смотрела на подругу и думала: как можно столько лет жить с человеком, которого не любишь и презираешь?
Но Александра была спокойна. Буднична. Она сказала, как ни в чём не бывало:
— Ты слишком всё драматизируешь, Нин. Живём и живём.
— Неужели за столько лет… — Нина запнулась. — Ты его не простила?
— Да, — легко согласилась Александра. — А зачем прощать? Мне и так нормально…
Можно ли назвать браком то, что держится на обиде?
И кому больше вреда — тому, кто когда-то предал… или тому, кто решил не уходить, но и не прощать?
Что скажете?
Оставьте свой комментарий
-
Оставить комментарий в качестве ГОСТЯ.
Но в этом случае Вы не сможете ставить лайки другим комментаторам, а также редактировать или удалять свои комменты.
Для этого нужно Зарегистрироваться либо, если регистрация уже пройдена, Авторизоваться
- Sign up or login to your account.
-
А ЕЩЁ МОЖЕТ БЫТЬ ИНТЕРЕСНЫМ (МОЁ)
-
