— Со свекровью у нас сложились довольно прохладные отношения, – рассказывает тридцатипятилетняя Маргарита. – Нет, мы не ссорились, просто не сближались, она с самого начала держала дистанцию. Поначалу я пыталась делать шаги навстречу, но быстро поняла, что ей это не интересно и не нужно. И даже когда я забеременела, ситуация не изменилась, хотя это был ее первый внук. Никакого интереса ни к беременности, ни к родившемуся ребенку свекровь не испытывала. Через три года родился второй наш сын, ситуация не изменилась. Никогда не звонила сама, вопросов про детей не задавала. В какой-то момент вообще заявила, что наши с мужем дети – это внуки моих мамы с папой, а ее внуков ей Света родит, старшая дочь…
— Младшая сестра мужа у нас вдова, – рассказывает сорокапятилетняя Инна. – Ей тридцать четыре сейчас, муж ее умер уже одиннадцать лет назад. Ребенку их, дочке, было на тот момент чуть больше года. Конечно, мы все были в шоке, здоровый молодой парень, никогда ничем не болел, вдруг начал терять сознание на работе. Сначала думали – от недосыпа, тогда ребенок у них только родился, племяшка была довольно беспокойная. Я еще, помню, грешным делом Леру, золовку, осуждала в душе, думаю, ну как так-то, ты сидишь в декрете, мужик работает, почему ты ему ночью выспаться не даешь? А она еще инфантильная у них донельзя была, ничего не умела. Боялась и ребенка брать поначалу, и ногти ей обрезать, и купать, все это муж ее делал на первых порах сам. А Лера и сейчас такая, честно говоря, не от мира сего человек…
— В понедельник с утра поссорились с мужем, – рассказывает тридцатидвухлетняя Ксения. – Он накануне просил его джемпер постирать, а я, честно говоря, закрутилась и забыла. Ну невелика беда, джемпер не единственный у него, вполне можно было надеть другой или вообще рубашку. Но его понесло! Распсиховался! «Тебя ни о чем попросить нельзя! Сидишь дома, целые дни на диване, и ничего не делаешь!..». В последнее время он весь на нервах, там на работе проблемы какие-то, неприятности у него. Но зачем этот негатив домой тащить, я не понимаю! «Сидишь дома», ага! Я вообще-то с общим нашим ребенком сижу в декрете, а не просто так…
— …Ребенка мы с мужем очень ждали и хотели, ну как же, первенец! – рассказывает тридцатилетняя Арина. – Готовились к его рождению изо всех сил. Ремонт сделали в комнате, где детская планировалась, мебель купили – кресло для кормления, комод, кроватку детскую недешевую, все собрали, поставили. Как только я вышла в декрет, стала скупать вещички – брала все самое лучшее, дорогое, качественное, натуральное, очень красивое. Мама моя только охала – мол, это плохая примета, все покупать заранее, не надо, вот родишь, мы с Кириллом сами все купим...
— В прошлые выходные поехали в большой торговый центр, сандалии на лето надо было мужу купить, его прошлые порвались наконец-то, – рассказывает шестидесятилетняя Полина Петровна. – Нога у него сложная, так что по интернету заказывать – для нас не вариант. Подобрать подходящую обувь очень непросто, полмагазина перемерять нужно. Да еще и муж терпеть не может эти примерки, раздражается, устает от них, готов взять первое попавшееся уже, то, что явно не подходит. Поэтому я хожу с ним. Вот и в этот раз пошли, в бюджетных магазинах ничего не выбрали, только время потеряли, я говорю, ну пошли в дорогой, там наверняка что-то подберем, купим тебе нормальную обувь, на несколько лет хватит... А тут, как на грех, в холле магазина игрушки продавали, машинки на радиоуправлении. И муж прямо как мальчишка загорелся – давай, мол, купим Димке!
— Сына я воспитывала одна, – рассказывает пятидесятисемилетняя Наталья Тимофеевна. – Родила его для себя, надеяться было не на кого. Поэтому я старалась, всю жизнь работала и деньги копила, поставила своего ребенка на ноги, помогла и образование получить, платное, которое он хотел, и квартиру для него купила… Сыну сейчас тридцать, два года назад женился, Танечка, невестка, девочка в целом неплохая, ничего не скажу. Не очень общительная, но сына устраивает, это главное… Родители у нее только странные какие-то. Они не москвичи, живут в регионе, оба работают. Видимо, и зарабатывают тоже неплохо: очень хорошо одеты, новые айфоны у них, одеты с иголочки, машина имеется, регулярно ездят в отпуск. У Тани еще сестра младшая есть… Живут сваты в двухкомнатной квартире в своей провинции, детей там же родили и вырастили. И у них даже в мыслях нет и не было никогда помочь как-то дочерям с тем же жильем!
— Я считаю, что мне просто повезло: обнаружила ситуацию в самом начале и задавила в зародыше, – рассказывает двадцативосьмилетняя Дарья. – Банальная история: нашла у мужа переписку с девушкой-коллегой в мессенджере. Пока ничего такого прямо криминального, но я сделала скриншоты и устроила скандал. Муж сначала вопил, что это просто рабочая переписка и ничего в ней такого нет, но я на это не повелась, зачитала ему цитаты, которые мне не понравились. Приперла к стене… В итоге, мел хвостом, извинялся, в глаза заглядывал, я еще и по этому поведению поняла, что дело нечисто, совесть у него болит... А полезла переписки проверять я тоже не просто так: муж какой-то загадочный стал. «Что происходит?» – «Ничего!». А сам отвечает невпопад, думает о чем-то, улыбается сам с собой, ну, в общем, все симптомы, как по учебнику…
— …С бывшим мужем мы семь лет в браке прожили, – рассказывает сорокачетырехлетняя Полина. – Развелись еще до рождения дочери… Ребенка мы оба очень хотели, муж мне все уши прожужжал – давай, пора! Стали планировать, оказалось, что все не так просто, лечиться пришлось. Лечились, обследовались, собирались уже на ЭКО идти – как все получилось само. Обрадовали родителей, были на седьмом небе от счастья. Но недолго я радовалась – с мужем начались проблемы. Ходил мрачнее тучи, провоцировал скандалы, хлопал дверью, уходил из дома. В одну из ссор так мне и заявил – понял, что мы поспешили с ребенком, нам нужно развестись… Спросила мужа, что мне-то теперь делать с беременностью, он только пожал плечами – мол, ну можно, наверно, еще успеть сделать аборт. Срок еще и правда позволял, было около десяти недель. Но ни о каком аборте я и думать не хотела…
— Моя мама считает, что летом водить ребенка в сад – преступление! – рассказывает двадцатисемилетняя Маргарита. – Она и невестку, жену брата, в этом убедила: в нормальных благополучных семьях родители должны организовать летний отдых ребенку. Если малыш в каникулы сидит в городе и ходит в сборную дежурную группу – это показатель какого-то кризиса в семье, чуть ли не неблагополучия, в маминой картине мира таким родителям стыдно должно быть. Не знаю, кто ей такое внушил, но мама искренне в этом убеждена. Соответственно, дети в нашей семье в сад летом не ходят. Мы с братом в детстве ездили к родственникам в деревню, целый график составлялся,. Племяннице сейчас четыре с половиной, и вот уже второе лето наша мама забирает ее на дачу и сидит с ней с конца мая и все лето напролет…
— …Сестра наш провинциальный город, свою малую родину, терпеть не может, – рассказывает сорокапятилетняя Анастасия. – Еще после школы рвалась в столицу, да родители не пустили. Содержать ее там, сказали, слишком дорого. В итоге выучилась в нашем вузе и уехала. Пятнадцать лет почти прожила в Москве, в гостях у родителей была дважды, и оба раза плевалась во все стороны. Дороги у нас – фууу, транспорт – беее, магазины – отстой, пойти некуда, заняться нечем. В общем, не Москва у нас тут, к сожалению. Не Москва! И как мы здесь только живем, в нашем мухосранске, непонятно…
— …Одиннадцать лет назад я чуть было не вышла замуж, – рассказывает тридцатидвухлетняя Людмила. – Мы уже заявление подали, договорились в кафе, купили платье, оно, кстати, кажется, до сих пор где-то у мамы лежит. Гостей пригласили, все было готово, но свадьба не состоялась. Буквально за десять дней до торжества мы поругались с женихом, он все отменил. А через полгода где-то женился на моей подруге… Ну, конечно, я страдала какое-то время ужасно, у нас все-таки любовь была нереальная. Но потом взяла себя в руки. Нашла хорошую работу, просто вот очень хорошую, сделала карьеру. Купила сама себе квартиру, привела ее в порядок, немножко посмотрела мир. Замуж? Нет, больше не вышла, но это скорее потому, что не особо туда стремилась. Встречалась с мужчинами, общалась, жила одним днем…
— …А я мужу давно уже говорила, что с матерью его неладно, – рассказывает сорокасемилетняя Валентина. – Статьи ему даже скидывала про признаки начала деменции. Разумеется, читать их не стал, еще и на меня обиделся: «ты просто не любишь мою маму». А зря, между прочим. Там прямо все по пунктам про свекровь: забывчивость, неряшливость, разговоры одни и те же по кругу… А самое главное – бред ущерба. Это вот точно про нее, и давно уже. Вокруг нее всегда враги. Сначала ей свекор все жизни не давал, гнобил, издевался – это притом, что добрейшей души дядька был, мухи не обидел, в семейной жизни классический подкаблучник, против жены пикнуть не смел, но она на него ухитрялась жаловаться. Умер семь лет назад от сердечного приступа. И после этого главным врагом свекрови стала я. Теперь я интриги плету, ворую ее вещи и в гроб ее хочу загнать. По крайней мере, она искренне в этом убеждена и всем об этом рассказывает…
— У нас совершенно обычная среднестатистическая семья, – рассказывает тридцатисемилетняя Тамара. – Я, муж, двое детей: дочке двенадцать, сыну четыре с половиной. Живем, работаем, ипотеку платим. Достаток средний, на еду и одежду хватает, есть машина, правда, она старше дочки уже, тем не менее пока на ходу. Но на какие-то излишки денег нет, существуем практически впритык от зарплаты до зарплаты. В отпуска не ездим уже пять лет, отдыхаем на свекровкиной даче, машину поменять пока и не мечтаем, тот же ремонт в квартире делали по частям, максимально бюджетно и довольно долго. Мужу недавно пришлось поменять работу, особо выбирать возможности не было, поэтому пошел пока туда, куда быстро взяли. Не очень доволен, и зарплата там меньше, так что пришлось еще больше ужаться, затянуть пояса… Зато у нас есть богатая бабушка! Моя мама…
— …Самое обидное, что на покупке этой однушки Катюша в свое время настояла сама, муж ее не хотел снова в ипотеку лезть, – рассказывает про свою старшую сестру тридцатипятилетняя Татьяна. – Они только что расплатились за свою двушку, вздохнули немного, казалось бы, жить теперь и радоваться. Но Катя решила, что надо купить какое-то жилье для дочки на старт, чтобы ребенку не пришлось потом так же мыкаться по чужим углам, сидеть на хлебе и воде, а потом много лет платить ипотеку…
— …Мы познакомились с Алексеем, кода мне было сорок, дочке одиннадцать, – рассказывает пятидесятичетырехлетняя Инга. – Жили мы с ней после развода на съемной квартире, ушла от мужа, потому что он бухать начал, как конь. Материально было тяжеловато, больше половины зарплаты уходило за аренду, на остальное мы с дочкой кое-как выживали. Бывший не работал, алименты платил копеечные, да и за теми надо было побегать… Как-то моя подруга позвала нас с дочкой на дачу на выходные, жарить шашлыки. Приехали, мясо привезли, хватились – а шампуров нет. Подруга говорит – ничего, пойдем у соседа попросим. Смотрю, у соседа такой крутой домина, говорю, неудобно как-то, а она – да ничего, это Лешка, мы чуть не с детства с ним знакомы, пошли, и ты познакомишься…