— …Мне ведь все в один голос говорили, Алис, что я в этом браке сопли буду на кулак мотать, – усмехается сестра Анфиса. – Мол, муж мой – тиран и абьюзер, от таких надо держаться подальше. Теперь вот примолкли что-то, советчики. Завидуют небось!.. Восьмой год живем с Тимуром, полет нормальный. Он на руках меня носит, пылинки сдувает, дочурку нашу обожает. Нанял домработницу, чтобы я не утруждалась, подарки дарит, по миру катает. Ничего для нас с дочкой не жалеет. Всем бы таких мужей, как мой…
…Телефон зазвонил достаточно резко, так, что Тамара даже вздрогнула. Взяла гаджет в руку, посмотрела на экран. Ну так и есть, отец! Вот ни раньше ни позже, а именно тогда, когда Тамара заехала на минуточку к матери. Тамара воровато сбросила звонок и отключила звук.
— …И вот в какой-то момент я поймала себя на том, что все разговоры у нас с мужем только о врачах, анализах, клиниках, деньгах на все это, – вздыхает Ольга. – Мы постоянно занимались подсчетами, вели календари, в которых отмечали дни цикла, бесконечно обсуждали, кто из нашего окружения еще родил… Я всё чаще ловила себя на мысли: это не жизнь, это сплошная гонка. А Игорь раздражался, если я говорила о том, что устала: «Ты думаешь, мне легко?». Ну, если честно, я действительно думала, что ему легче. Просто в силу физиологии… По мне все это наше планирование прошло катком. А его так, краешком задело!
— И вот что это было, мама? — чуть не плача, говорила дочь Надежда. — Какая муха тебя укусила вообще? Ты зачем до него докопалась? Ты хоть понимаешь, что теперь всё – из-за тебя?..
— Олег, это правда? Я сейчас встретила Свету, ну, секретаря из вашей компании… Ты не работаешь уже четыре месяца, Олег?!
— Понимаешь, Ларис, дети уже три недели на даче с бывшими свекрами! – рассказывает Алла сестре. – А любящий папаша только сейчас узнал об этом. И вот уже пару дней выносит мне мозг – мол, ты деньги перечислила родителям за содержание внуков? Родители на пенсии, они детей кормить не обязаны. А дети, между прочим, едят немало, и не кашу с супом, а вкусненькое что-нибудь просят. А старики и рады стараться – тащат им йогурты, фрукты, мясо…
— Ну что, дочка, проснулась уже? Позавтракала? Как самочувствие? Как настроение? Чем заниматься планируешь?..
— …Моя дочь завела любовника! — голос отца срывался, он кричал в трубку так громко, что телефон чуть не выпал у Юли из рук. — Ты замужняя женщина, Юля, а ведешь себя как… не знаю даже! Мы с матерью разве так тебя воспитывали? Позор! Вышла на работу из декрета и завела шашни… У меня просто в голове такое не укладывается, дурной сон! Да я тебя больше знать не хочу!
— Да потому что жена совершенно меры не знает! – злится Дмитрий. – Договорились: мультики ребенку показываем не больше десяти-пятнадцати минут в день. Но у нее так не получается. Планшет дает вместо соски: чуть закапризничал, захныкал – на, держи, только успокойся! Проходит двадцать минут, полчаса, а воз и ныне там. Конечно, удобно: малыша не слышно, не видно, они сидит, как мышка, уткнувшись в экран. Может и час сидеть, и больше. Зачем так делать? Сыну два года! Два! Он и говорить-то толком не начал, а она уже пичкает его планшетом.
— …Я дочке мужа, когда её приводили к нам, специально манную кашу варила! – усмехается Лилия. – Понятия не имела, как это делать. Посмотрела в интернете. Каша получилась, что надо, жиденькая такая, с комочками…
— Ты чего такой грустный? На работе что-то случилось? – спросила Алиса у мужа вечером. Муж действительно был какой-то пришибленный, что ли, хотя старался показать, что все нормально. Пришел с работы, перекусил, начал возиться с дочкой. Поиграли, поболтали, почитали сказки. И все вроде как обычно, да не так. Муж то и дело зависал, начинал покашливать и тереть подбородок – верные признаки, что он о чем-то думает. Алиса дождалась, когда дочка заснула, и приступила с расспросами.
—Андрей, представляешь, результаты пришли на почту! Сейчас, вот только что. У меня все хорошо!
— Какие еще результаты? — спросил он равнодушно, листая ленту в смартфоне.
— Хотите видеть внучку —платите! — Дарья сказала это чётко, даже сама удивилась, как твёрдо прозвучал по телефону её голос. – Ну а что вы так удивляетесь? Вы знаете прекрасно, что с сыном вашим мы развелись, все теперь на мне одной. Жилье, продукты, няня для ребенка. Я не для себя требую, вы же понимаете. Мне дочку кормить надо!
— У матери давление огромное просто, она в лежку лежит, – быстро говорил Лере по телефону муж Иван. – И не сбивается почти, у нее же куча лекарств, она уж и то, и се выпила, бесполезно. Говорю ей: скорую вызывай, а она – так а Олежку куда?
— Я подлец, да? — спросил Максим, не глядя в глаза сестре. — Предатель? Хотя… не отвечай. Зачем я спрашиваю, я же ведь и сам все понимаю. Но я не могу больше. Я не хочу жить с Мариной, Кать. Как бы это не выглядело…