— Ну сколько можно ему напоминать? – сокрушается Дарина. – Вот опять первое число прошло, денег нет. Второго с утра пишу бывшему – мол, не забыл ли ты про деньги. Сообщение прочитано, но ответа нет. Ближе к обеду пишу еще раз, мол, когда примерно ждать, злюсь ужасно – на него, на себя, на всю эту ситуацию. Чувствую себя попрошайкой какой-то, хотя ведь не прошу лишнего, только денег на его ребенка. Но снова молчание. Вечером, когда я уже доведена до белого каления, слышу – дзынь! – пришел перевод, наконец-то. Почему было вчера не отправить-то? Зачем тянуть? Деньги у него есть, это я знаю точно…
— Да я вообще не сразу поняла, что происходит, свекровь, Валентина Юрьевна, накинулась на меня, как фурия! – рассказывает Оксана. – По щеке ударила, вцепилась в волосы. Пашка тоже в шоке был, кинулся на подмогу, конечно. Всё случилось так быстро, что я только и успела живот руками прикрыть… Пашка быстро ее от меня оттащил, наорал на нее, взял меня за руку и мы ушли оттуда… Как в страшном сне. Никогда не думала, что мы до такого дойдем!
— ...Я ж ей ничего плохого не делала, — жалуется Ольга. — Никогда. Я просто жила своей жизнью. Ребёнка растила. Мужа поддерживала. А свекровь — ненавидела меня всю жизнь, не знаю за что. И я что, теперь должна о здоровье её беспокоиться? Искренне?
— И как вот ехать теперь к свекрови на день рождения? — злится Надежда. — Мы два дня с мужем ругаемся, то орем оба, то молчим демонстративно. Вроде успокоимся уже, кто-нибудь скажет слово, и все по новой. А у свекрови праздник завтра, круглая дата, юбилей. Празднует по традиции на даче, мы приглашены загодя. Будут еще родственники, друзья свекров. Вот и как ехать? Мириться с мужем сил нет никаких. Делать вид, что все хорошо, играть там в счастливую семью? – не очень хочется. Сидеть с постным лицом, портить людям праздник, тоже так себе вариант. Или забить и остаться дома, мужа одного отправить? – так там куриный переполох будет, что случилось, да как же так…
— Да я просто фотки с дня рождения хотела с телефона мужа себе отправить! – рассказывает Екатерина. – Телефон лежал на тумбочке, взяла, у мужа графический пароль стоит, я его знаю, видела не раз – залезла. Там сразу переписка открылась с Антоном, приятелем с работы. Мемасики шлют друг другу, ржут, ничего особенного, так, прикольно, я несколько сообщений посмотрела, прокрутила ленту… И тут муж зашел в комнату и увидел, что у меня в руках его телефон! Что тут началось! Заорал, как ненормальный: «Отдай сюда! Кто тебе разрешил! Ты охренела, зачем лезешь в мои переписки? Это личное пространство, между прочим!..»
— …И вот мама вчера приехала к нам с Андреем, – расстроенно рассказывает Антонина. – Уже окончательно, на ПМЖ. В одной руке сумка небольшая, с которой она пять лет назад ушла из дома к бабушке, в другой – лампа с абажуром, взяла, говорит, на память… Кошмар ведь, если так подумать! Маме пятьдесят четыре, ни квартиры, ни работы, про здоровье я вообще молчу. Пять лет за бабушкой ходила, ужас, что пережила с ее деменцией, и осталась в итоге не с чем. Вернулась в нашу двушку, где мы с мужем и ребенок скоро родится… А квартира бабушки досталась тете Тане, маминой сестре. Вот это справедливо разве? У меня такое в голове не укладывается!..
— Жили, что называется, не тужили, все отлично было! – вздыхает Марина Петровна. — И вдруг гром среди ясного неба: сын сказал, что разводится. Я вообще ничего не поняла, если честно. А он заявил, что вдруг осознал, что не своей жизнью живет, и весь брак был ошибкой…
— Раечка, ну чего ты придумала с этой работой, у тебя ещё полгода декрета, – говорит свекровь. – Тяжело с таким маленьким ребенком работать. Сидела бы дома, тем более, лето на носу. Пусть Вася тянет, он же мужчина. Неужели его зарплаты вам не хватает?
А Вася тянет уже другую семью…
— Мать у меня неплохая в общем-то, – рассказывает Настя. – Мне на нее грех жаловаться. Выучила в институте платно, на работу устроила с помощью своих связей, с квартирой помогла. В детстве тоже было все нормально, у нас была полная семья почти до моих семнадцати лет. Я единственная дочь у родителей, как сейчас говорят, в попу дутая, учили, любили, на море возили. Мать зарабатывала больше отца, она все время на работе была, конечно, но отец во мне души не чаял. Занимался, разговаривал, на велике водил кататься. И мать тоже меня любила! Но есть одно «но»… Такое огромное «НО», что я до сих пор не могу дышать свободно рядом с ней.
— …Еще год-полтора назад я была совсем другой, — с горечью говорит двадцатидевятилетняя Полина. — Строила семью, мечтала о семье, о ребенке, верила, что мой муж – «настоящий мужчина», который будет рядом и никогда не подведет. Ведь я выбрала именно такого человека: надежного, ответственного, понимающего. А потом родился ребенок, и куда все делось? Сейчас я не только рожать от своего мужа бы не стала, я бы вообще бежала от него без оглядки, так, что волосы назад… Одного только не могу понять: это я такая дура, не разглядела, не поняла очевидного, или он таким стал за год?
— Я знала, конечно, что муж очень сына хотел, спал и видел себя папой мальчика, — говорит тридцатилетняя Арина. — Дочь-то у него уже есть, я думала, поэтому… Когда нам сказали, что будет сын, Кирилл просто на седьмом небе был от счастья. Все готов был для меня сделать, Луну с неба достать. Я никогда не задумывалась, а как бы он себя вел, если бы родилась дочь? Обрадовался бы хоть чуть-чуть? Или стал бы смотреть на ребёнка, как на ошибку? Потому что, судя по всему, именно так он и поступил в прошлом…
— Только неделю назад все было еще неплохо, – вздыхает двадцативосьмилетняя Варвара. – А сегодня я о разводе всерьез думаю, несмотря на то, что нахожусь на шестом месяце беременности. Просто мне кажется, что я вообще больше никому тут не нужна...
Дочь считает, что программу продолжения рода выполнила – яйцеклетки сдала
— С мужем мы очень долго о детях мечтали, – рассказывает Валентина Владимировна. – Но никак зачать не могли. К врачам ходили, они особых отклонений не видели. Ну, тогда медицина таких чудес не творила, как сейчас, единственное, что нам рекомендовали – расслабьтесь, отвлекитесь, может быть, климат есть смысл поменять. Мы и в отпуска ездили, и к разным бабушкам обращались, и приметы какие-то соблюдали. Но ничего не получалось. После тридцати пяти я уже и закрыла для себя этот вопрос, мужу так и сказала: мол, если разведешься со мной, я пойму. Но нет, не развелся. Стали просто жить дальше…
—Да я свою сестру с детства терпеть не могу, – злится Дарья. – Я не знаю, с чего она взяла, что имеет право мне указывать, советы давать, жизни учить? Только потому, что она на семь лет старше? Хм. Ну в детстве ладно еще, но сейчас? Кто она такая, чтобы я ее слушалась? Мы с ней обе взрослые люди, у каждой своя семья, живем в разных городах – я в Москве, она в Питере. Казалось бы, расстояние должно спасать, говорят же – чем больше расстояние, тем больше любовь. Но, видимо, не в нашем случае…
— Да мы просто в шоке все, кто ее знал! – рассказывает про сестру Маргарита. – Она всегда была такой матерью-наседкой. Всё для сына. Старалась, развивала, занималась, всегда боялась где-то что-то упустить, сделать неправильно, как-то навредить ребенку по незнанию. За питанием следила, за режимом дня, статьи читала по воспитанию. А сейчас ребенку шесть лет, она просто отдала его папаше-пофигисту, дверь закрыла и не тужит. Занимается собой, на маникюры ходит, на процедуры, в бассейн после работы записалась, по выходным спит до обеда. Сыну раз в неделю по телефону звонит: все в порядке, не болеешь? Ну ладно, пока! Один раз погулять брала, а так месяц не видела его уже и не скучает совершенно. Как кукушка… Разве это нормально?